Евгений Смелянский

Смелянский Евгений. Россия. Хасавюрт, Дагестан, телестудия «Гелиос», директор .Пропал без вести 11.11.2001

Обстоятельства: Евгений Смелянский, известный в прошлом в Дагестане как автор и ведущий программы «Сирена», директор Хасавюртовской студии телевидения «Гелиос» пропал 11 ноября 2001 года.

Евгений Смелянский

Евгений Смелянский

5 марта в редакцию обратилась Нелли Васильевна Смелянская, мать пропавшего тележурналиста Евгения Смелянского. Естественно, она была очень расстроена: тоскливая неопределенность последних месяцев подавляет человека даже с сильным характером, каким она нам показалась.

— Корни моих родителей уходят в Поволжье. Среди наших предков были и рыбопромышленники, и священники. Я же родилась в сел. Леваши, где работала моя мама. Окончила факультет иностранных языков ДГУ, работала на разных должностях, в том числе заведующей отделом культуры Каспийского горисполкома. В настоящее время преподаю. Проживаю в Махачкале.
— Женя родился в 1969 г., — продолжает рассказ Н. В. Смелянская. — Он рос смышленым, сообразительным мальчиком. Еще в школе увлекся радио. В 10 классе обратился в Дагестанское телевидение, предложил свои услуги. Его приняли, он стал помощником режиссера детской редакции, в частности, участвовал в создании известной передачи “Перемена”.
После окончания школы поехал в Ленинград, заочно поступил в вуз, который сейчас называется Петербургская академия искусств. Вернулся в Дагестан, продолжал работать на телевидении.
Тут его взяли в армию. Он проходил службу в танковых войсках в Западной группе войск в Германии. Служил там в политотделе.
Когда он вернулся, я сразу обратила внимание на то, каким еще более глубоким, умудренным, что ли, он стал. Видимо, служба на высоком уровне в политотделе сделала свое дело, он стал лучше разбираться в жизни, в людях, в общественно-политических реалиях. Возмужал. Хотя, повторюсь, и в школе он отнюдь не был глупым мальчиком, учился хорошо, были и другие интеллектуальные увлечения.
Обратила я внимание и на то, каким он стал самостоятельным, уверенным в себе. Некоторые недоброжелатели выдают эти качества за самоуверенность Жени, но я с этим не согласна. Он общительный человек, у него все в порядке с юмором, он не будет лишним ни в одной компании.
Профессиональные способности тележурналиста тоже были видны всем. Не удивительно, что в начале 90-х годов его пригласили возглавить знаменитую телепередачу “Сирена” — о совершенных преступлениях, о раскрытых делах, о милицейских буднях.
Это была очень тяжелая работа. Приходилось много ездить, подбирая наиболее интересный материал. Разумеется, работа не ограничивалась только рамками Махачкалы. К тому же Женя одновременно был и корреспондентом, который разыскивал материал, и ведущим, и режиссером передачи.
Раздражала ли его необходимость регулярно общаться с задержанными, преступниками, рецидивистами? Женя — профессионал, и относился к этому как к должному.
Иногда, впрочем, наступали какие-то перегрузки, прежде всего психологические, когда он очень сильно уставал от одного и того же. Тогда он все бросал и уезжал к своим друзьям, насколько я знаю, куда-то в Южный Дагестан: отдых на природе, шашлыки, уход от всего и т. д. Это помогало ему встряхнуться.
Тем временем я сделала попытку переехать в Ростов-на-Дону. Мне там не очень понравилось, и я вернулась в Махачкалу. А в 1999 г. Жене предложили работу в Хасавюрте, в городской телестудии “Гелиос”. Он принял это приглашение, и в мае того года перебрался в Хасавюрт. Сначала Женя был режиссером телестудии, а вскоре и возглавил ее.
Руководство Хасавюрта высоко ценило профессиональные способности Жени и вообще очень доброжелательно относилось к нему. Он получал очень хорошую зарплату, ему выделили “Волгу” с водителем, а несколько позже он получил 3-комнатную квартиру в Хасавюрте.
Знаю, что Женя работал с удовольствием, люди смотрели телепередачи этой студии. Тем более что это уже был не криминальный телеканал вроде “Сирены”, а освещение городской жизни.
Некоторые считают, что Женя вел слишком праздный образ жизни: компании, вечеринки, намекают, что не всегда прилично вел себя в таких обстоятельствах. Я с этим категорически не согласна. Во-первых, сын никогда не злоупотреблял этим. Женя был главным образом погружен в работу. Вообще он типичный творческий человек: много раз я наблюдала, как он вдруг уходил в себя, шептал какие-то фразы, мысленно создавая тот или иной образ. Будучи настолько погруженным в работе, отнюдь нельзя было все время предаваться веселью. Во-вторых, я точно знаю, что Женя умеет пить. Он может выпить, внешне оставаясь вполне трезвым, и вести себя пристойно.
Все было хорошо, он работал, правда, жил в другом городе, но ведь недалеко — то я поеду в Хасавюрт, а чаще он бывал в Махачкале.
Летом прошлого года его вдруг попытались похитить. Только физическая сила Жени не позволила потенциальным похитителям втолкнуть его в “джип”. Он не знал этих людей и в беседах со мной искренне недоумевал, что могло стать причиной этого происшествия. С тех пор в интересах безопасности от администрации Хасавюрта к нему приставили двоих охранников.
А о последней беде я узнала так. 13 ноября 2001 г. в Махачкалу ко мне приехали его водитель и охранник и поинтересовались, не находится ли Женя у меня в квартире в Махачкале. Но он не приезжал, и я им так и ответила. Всё это меня очень встревожило, и на следующий день я отправилась в Хасавюрт. К тому времени о Жене по-прежнему никто ничего не знал, и было решено с милицией проникнуть к нему в квартиру. В квартире никого не было.
Выяснилось также, что ранее, пытаясь отыскать Женю, его охранники через балкон проникли в эту квартиру. Отчаявшись найти его в городе, предполагали обнаружить его тело в квартире. Но Жени не было, а вот охранники, бывавшие в квартире и раньше, обнаружили пропажу аппаратуры. Получается, что кто-то уже знал об исчезновении Жени, о его отсутствии в квартире, воспользовавшись этим, проник туда и похитил аппаратуру.
В Хасавюрте мне говорили: “Мы не представляем, кто мог похитить или поднять руку на Женю. Ведь сделать такое означало бросить вызов самому Сайгидпаше. Кто здесь, в Хасавюрте, на это осмелится?”.
Насколько я знаю, возбуждено уголовное дело, его ведет прокуратура города. Равнодушных вроде бы нет, но Женю с ноября так никто и не находит — ни живого, ни мертвого.
Кто последним видел его? Утром того дня Женя был очень взволнован, хотел немедленно увидеть главу администрации Хасавюрта С. Д. Умаханова, с охранниками поехал к нему. Но, к сожалению, они разминулись с мэром и были вынуждены вернуться. Женя поднялся к себе в квартиру, и с тех пор его никто не видел.
Я очень надеюсь, что, несмотря на определенную давность происшедшего (уже минуло 4 месяца, а чего только не происходило в Дагестане за это время), Женю по-прежнему добросовестно ищут. Из разных источников я слышу самую различную информацию, но это такие сведения, которые пока нежелательны для публикации.
Разумеется, я надеюсь и дальше буду надеяться на лучшее. Я устала жить в этой чудовищной неопределенности. Но к самому худшему все равно не готова.

Версии:
У коллег Смелянского по поводу его исчезновения своя версия. Большинство, знавших Евгения, утверждают, что он попросту сбежал из Хасавюрта. Склоняться в пользу этой версии заставляет и рассказы матери журналиста Нелли Васильевны Смелянской. По ее словам журналист несколько раз пытался уйти из команды Сагидпаши Умаханова подобру-поздорову. Но мэр рвал в клочки все его заявления об уходе. Таким образом, фактически один из ведущих журналистов республики находился в кабальном положении. Смелянскому приходилось снимать ангажированные фильмы о «мудром и справедливом» мэре, что, естественно, не могло не сказываться на его психологическом состоянии.
Известно, что после исчезновения Смелянского, Умаханов обращался к нескольким дагестанским журналистам с предложениями переехать в Хасавюрт на работу и занять место Смелянского. Несмотря на весьма заманчивые гонорары и высокую зарплату (Смелянский получал 15.000 рублей в месяц против 1.500 средней журналисткой зарплаты в Дагестане), никто из журналистов не согласился.

Результаты расследования:
Поисками журналиста все это время безрезультатно занимались сотрудники уголовного розыска Хасавюртовского ГОВД. Впрочем, о ходе самого следствия в милиции не распространяются. Известно лишь, что сейчас дело передано в Кизилюртовcкую прокуратуру. Мэр Хасавюрта, по приглашению которого Смелянский из Махачкалы переехал в Хасавюрт ведет собственные поиски журналиста. По его заверениям, версия о нахождении журналиста в Чечне уже проверена. «В Чечне его нет и не было» — утверждает мэр приграничного города.
Известно, что спустя несколько дней после исчезновения Смелянского, из его хасавюртовской квартиры пропали телевизор и видеоаппаратура. Пропавшие вещи были обнаружены в одном из сел Хасавюртовского района. Как выяснило следствие, аппаратура была украдена, а потом продана бывшим оператором студии «Гелиос». Оператор сейчас заключен под стражу.
Неофициальные источники утверждают, что вместе с журналистом пропала и большая сумма денег — 5 тыс. долларов и 60 тыс. рублей. В то же время, один из работников телестудии рассказал матери пропавшего журналиста, что деньги, предназначенные для покупки нового оборудования для студии, находились в сейфе в целости и сохранности. Более того, здесь же были и личные сбережения журналиста.