Как Скворцова обаялась медициной Дагестана

Большой ажиотаж, а скорее возмущение рядовых дагестанцев вызвал не то чтоб прилет 6 марта в республику министра здравоохранения РФ Вероники Скворцовой и ее вельможных коллег, а отлёт всей этой честной компании, ибо покидала регион VIP-чиновница, расхвалив республиканскую медицину.
В дагестанской блогосфере вдруг появились циничные люди, которые своими домыслами зачем-то обвинили Танку Ибрагимова в «мелком подхалимаже» в особо крупном размере: углядев в выставленной ему Скворцовой «пятерке» следы отличных подарков женскому персоналу делегации к 8 Марта, на которые, якобы, не поскупился кавказский министр.

Восторженные отзывы московской гостьи об отличном оснащении медучреждений Дагестана, высоком профессионализме местных светил медицины, прекрасном отношении к пациентам и многом другом как-то не вязались с давно закрепленным за Дагестаном имиджем региона, где не лечат, а калечат, где махровым цветом цветет коррупция и взяточничество в системе здравоохранения (и не только!), где квоты, бесплатные лекарства (а не дешевые их заменители!) для льготников по линии Минздрава РД могут получить только «блатные» (по знакомству или родству к большим чиновникам), где равнодушие и халатность медработников зашкаливает и усугубляет болезни либо приводит к летальным исходам, где многие больницы мечтают о ремонте и где аппаратура с завидным постоянством выходит из строя, где очереди начинаются «с петухов», где в регистратурах теряются карточки, где клепают за деньги инвалидность, а настоящим серьезно больным люди собирают деньги на лечение в соцгруппах, где в больницах не хватает койко-мест, где пациенты вынуждены на собственные деньги приобретать необходимые медикаменты и где счастливчиками считаются те, у кого есть возможность выезжать за пределы республики и получать там верный диагноз и нужное лечение, ибо с 90-х годов XX века Дагмедакадемия, уличенная в ряде громких коррупционных скандалов, долгое время поставляла профнепригодные кадры. Присовокупьте сюда уже известные денежные «тарифы», которые идут для «покупки» той или иной должности в медсфере.

Где как не в дагестанской медицине царит кумовство, начальники в белых халатах пристраивают в подведомственное им учреждение родственников, односельчан, знакомых, близких хороших знакомых, распределяя их на должности от получше вплоть до технического медперсонала. И речь не идет о продолжении династии, ведь подчас устроенная на хорошие места в медсфере близкая родня медчиновника не наделена необходимыми знаниями и не компетентна в том или ином вопросе, зато через бухгалтерию им завышаются зарплаты и премии.

Последнее десятилетие журналистские расследования независимых СМИ, в число которых, конечно, входит и блог-сообщество, нередко обескураживало нас подробностями таких афер в медобласти, не оставляя без внимания и главу республиканского Минздрава Танку Ибрагимова, которому пост министра здравоохранения РД, как известно, достался «по наследству» от своего отца Ибрагима Ибрагимова – тот рулил местным минздравом с 1983 по 1996 год и в 2013-ом явно поспособствовал восхождению на трон, пропахший медикаментами, деньгами и властью, своего наследника.

С тех пор и усугубилась вся эта кутерьма с кумовством. Три года назад, благодаря одному такому журналистскому расследованию, народ узнал «как там, в Минздраве РД, дела делаются» на примере клана Ибрагимовых. Крайне престарелый Ибрагим Ибрагимов тогда сидел на должности директора Республиканского медицинского центра, «сестра Танки Ибрагимовича – заместитель директора РМЦ Минздрава РД, то есть дочь работает замом у своего отца. Нурмагомед Алхасов, директор ООО «Медфармснаб» и «Дагмедтехника», через которое идет поставка в лечебные учреждения всех видов медицинской продукции, от сложных приборов до иголок для одноразовых шприцев, – муж другой дочери Ибрагима Магомедовича. Еще одна дочь Магомедова¬-старшего замужем за руководителем даготделения «Россельхозбанка» Гитиномагомедом Гаджимагомедовым. Через РСХБ идет линия выдачи кредитов Минздраву, на карточки Россельхозбанка также начисляется зарплата врачам.

Нурмагомед Алхасов, зять отца и сына Ибрагимовых – племянник главы РСХБ. Родной брат директора «Медфармснаба» Алхас Алхасов, который работает руководителем юридической службы «Медфармснаба», несколько раз выдвигался кандидатом в депутаты Народного Собрания РД. Главный врач РМЦ Магомед Муртазалиев – двоюродный брат Ибрагима Ибрагимова. С позволения двоюродного брата Магомед Муртазалиев выстроил на территории РМЦ частный медицинский центр, директором которого работает его дочь. В завершение стоит сказать, что в дагестанской медицине сейчас работают пятеро из восемнадцати внуков Ибрагима Ибрагимова», – писал еще в 2015-ом году журналист Нажмудин Алиев.

Потом еще стали достоянием масс странные дела с санитарным вертолетом, который министр переоборудовал под частные полеты VIP-чиновников, выкинув оттуда всё оборудование. После скандала Танка Ибрагимов придумал байку, что вертолет проходил технический осмотр в российском городе, кожаные кресла втихаря выкорчевали, вернули медоборудование. Однако и при недавней трагедии в Кизляре, когда террорист атаковал местную церковь и были убиты и ранены люди, вертолет тот не задействовали, ибо ранее без уточнения причин Росавианадзор временно запретил совершать рейсы дагестанской санавиации, у которой, как известно, были и проблемы с финансированием.

Эти проблемы с финансами подозрительно стабильно сопровождают медицину Дагестана. Была волна возмущений граждан, когда в местных больницах пациентов и их родственников вынуждали приобретать на личные средства даже системы для капельниц и йод. Когда людям становилось плохо в ужасных очередях в медцентрах, призванных обеспечивать граждан бесплатными медицинскими услугами. Когда роженицы теряли новорожденных либо сами умирали от халатности медработников, и что-то громких судебных дел по этому поводу мы мало можем припомнить и сказать, что виновные наказаны по всей строгости закона.

Когда черствость представителей самой гуманной профессии лишало неплатежеспособных пациентов возможности получения вовремя нужных лекарств. В том же онкодиспансере больные люди вынуждены выстаивать жуткие очереди в приемный покой, а их потом могут развернуть с отказом в месте. Действительно, отделение химиотерапии, построенное когда-то на 20-30 человек, не рассчитано на такой поток больных (очень много едут лечиться из сел и районов Дагестана). Тем более не всегда больной сразу получит необходимый препарат либо ему, несчастному, прокапают заменитель «с побочками». И везде же надо «благодарить». И чтобы капельницы поставили, как нужно, и к вашей персоне относились более радушно – для этого, видать, медицинские халаты и шьются с несколькими кармашками… глубокими.

Куда-то деваются деньги (в полном объеме) на ремонт либо добротное строительство медучреждений, так сказать, на периферии Дагестана. Яркий пример: Дербентское МРСМО – структурное подразделение ГБУ РД «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» – почило волеизъявлением самого министра здравоохранения РД.

Работники данного учреждения на свою голову пожаловались большому чиновнику на ужасные условия труда и удручающее состояние здания: «окна и двери в помещениях ветхие, стены и потолки в огромных трещинах, покрытие стен в выбоинах, дырах, штукатурка и краска отваливаются, помещения заброшены и захламлены, поверхность полов ветхая, канализационная система в аварийном состоянии, что является угрозой возникновения инфекционных и неинфекционных заболеваний», была надежда, что медучреждение отремонтируют. А министр деньги не выделил и просто закрыл аварийное здание и уволил сотрудников, оставив людей, хороших специалистов, без средств к существованию и возможности заниматься своей профессией. А жители Дербента теперь вынуждены ехать за 50 км в другое бюро.

И подобных медицинских зданий в городах и селах Дагестана найти несложно. Вот почему ниже приведенные слова «столичного десанта» во главе с министром здравоохранения РФ кажутся адресованными не Дагестану, а какому-нибудь подмосковному региону: «После обхода в лечебных учреждениях можно сказать, что в республике прилагают максимум усилий, чтобы дагестанцы имели все необходимые условия и возможности для получения качественной медпомощи».

Рядовые дагестанцы, да и сами медработники в республике, не понаслышке знающие все проблемы медицины Дагестана, лишь руками разводят при этом.

Наверняка московских гостей просто «поводили» по образцово-показательным медцентрам, которых в республике по пальцам можно пересчитать.

Честно говоря, это было сделать не трудно, потому что к приезду сановников из российского минздрава местные чиновники успели подготовиться, составить план, наметить «пути маршрута» и дать рекомендации начальству и медперсоналу, кого выдвигать «на передовую», как улыбаться, что говорить, а что умалчивать. Глава региона Владимир Васильев-то оговорился еще в феврале, что ожидается приезд в республику специалистов Минздрава РФ, а 5 марта до начала рабочего совещания по проблемам Минимущества он поручил своим высокопоставленным подчиненным встретить и сопровождать министра здравоохранения РФ Веронику Скворцову по всем объектам здравоохранения республики, когда та со своей командой приедет на следующий день.

Танка Ибрагимов, считай, уже с февраля смог пошустрить в подведомственных ему учреждениях. И когда «скворцы» прилетели, их первым делом удивили новехоньким перинатальным центром «Мама Патимат» в Махачкале (его открыли весной прошлого года) и навороченной детской республиканской клинической больницей (ибо в ней вовсю поставлено на поток и предоставление платных услуг). Последняя, кстати, как-то упоминалась «Черновиком» в связи с тем, что отец малолетней пациентки обратился с жалобами в Минздрав РД на то, что охрана данной больницы не пропускала его с травмированной дочкой, вымогая за проезд на территорию медучреждения деньги. То есть обдираловка страждущих начинается еще с въезда.

Отлично на фоне заброшенных фельдшерских пунктов в высокогорном Дагестане смотрелся и ожоговый центр РКБ. Его-то и показали Скворцовой, которая назвала его «одним из лучших в стране, который может взять на себя функции головного центра в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах». «Причем, те высокие профессионалы, которые работают в этом ожоговом центре, имеют свои авторские наработки, в том числе для лечения таких сложных, шоковых состояний, которые возникают при обширных, тяжелых ожогах свыше 60-70% площади тела. Этот опыт должен работать на всю страну. Здесь действительно пионерские технологии. Мы видели, как работают и другие подразделения (РКБ) – травматология и ортопедия, региональный сосудистый центр. Обращает на себя внимание существенное развитие высокотехнологичных методов и диагностики и лечения», – не скупилась на похвалу министр.

В тот день повезло городской больнице №1, ортопедо-травматологическому центру и махачкалинскому онкодиспансеру, потому что московские светила не только посетили их с визитом, но и вникали в лечение нескольких больных дагестанцев, дав местным эскулапам неоценимые рекомендации.

Когда делегация улетела на самолете в Первопрестольную, местные соцаккаунты взорвались негодованием: чуть ли не каждый захотел поделиться своим печальным опытом лежания в дагестанских больницах или передавая рассказы своих больных родственников и знакомых, которые давно разуверились в эффективности, качественности лечения в республике. У кого-то возникла мысль издать это всё в нескольких многотомниках и переслать на адрес «скворечника».

Источник