Национальный состав претендентов на дагестанский «трон». Часть 2. Аварцы

Самый многочисленный народ Дагестана — аварцы — по праву гордятся своей историей и известными историческими персонажами, к нему принадлежавшими, прежде всего, Имамом Шамилем.

Аварцы сыграли немалую роль и в современной истории Дагестана. Так, Председатель президиума Верховного совета Дагестанской АССР Абдурахман Даниялов в свое время не позволил советским властям захоронить ядерные отходы на территории республики. За что, к слову, и поплатился должностью. Кроме того, Даниялов был сторонником превращения Дагестана из автономной в союзную республику в составе СССР и неоднократно обращался с соответствующим предложением к союзным властям.

Очевидно, что и сегодня аварцы — почти милионный народ Дагестана —претендуют на то, чтобы быть представленным в высших эшелонах власти республики.

Собственно, слово «претендуют» не вполне отражает реальное положение вещей — сегодняшний глава РД Рамазан Абдулатипов как раз и является представителем аварского народа. Когда Рамазан Гаджимурадович сменил на этом посту даргинца Магомедсалама Магомедова, другие народы республики восприняли это несколько настороженно. Корни этой настороженности следует искать в недавней истории — во времена СССР большая часть высоких должностей в республике отдавалась именно аварцам. Основными их конкурентами были даргинцы, которые, собственно, и получили главные рычаги власти после распада Советского Союза. После чего началась серьезная борьба за влияние между аварцами и даргинцами, одним из наиболее «горячих» проявлений которой стало «хасавюртовское противостояние» в начале 2000-х годов. Напомним, что тогда аварские власти Хасавюрта отказались подчиняться президенту республики Магомедали Магомедову и потребовали досрочных президентских выборов.

Неудивительно, что приход к власти Рамазана Абдулатипова в 2013 году породил у даргинцев опасения в том, что новый глава республики начнет вести политику «реванша», оттесняя другие народы от рычагов влияния на ситуацию в РД. Однако этого не произошло. Абдулатипов предпочел не воевать, а договариваться. В результате ключевые должности в Дагестане получили представители разных народов — правительство возглавил даргинец Абдусамад Гамидов, а Народное Собрание — кумык Хизри Шихсаидов.

Такая позиция частично объясняется биографией самого Рамазана Гаджимурадовича. Еще в 1988 году он стал консультантом Отдела национальных отношений ЦК КПСС, позднее возглавлял сектор анализа и прогнозирования этой структуры, а после развала Союза занимал должность министра национальной политики РФ. Да и сегодня глава Дагестана является почетным председателем Ассамблеи народов России. Словом, в национальном вопросе Абдулатипов, что называется, «подкован».

Тем не менее, критики Абдулатипова утверждают, что под видом равного отношения ко всем народам Дагестана, глава республики укрепляет клановую систему власти, способствуя росту коррупции. Кроме того, ему предъявляют претензии в том, что он пытается установить жесткий контроль над властями дагестанских городов и районов, расставляя на ключевые должности на местах своих людей. Яркий пример таких обвинений — конфликт вокруг мэра Дербента Имама Яралиева, который, по заявлениям его сторонников, спровоцировал именно Абдулатипов.

Однако, несмотря на все обвинения, Рамазан Гаджимурадович не скрывает, что претендует остаться главой республики на второй срок. Если, конечно, позволят здоровье и возраст — в следующем году Абдулатипову исполнится 70 лет.

Сагид Муртазалиев, напротив, относится к когорте относительно молодых политиков — 11 марта ему исполнился 41 год. Однако за свою политическую карьеру он уже успел снискать неоднозначную репутацию.

В чем только не обвиняла Муртазалиева молва! В организации убийств, вмногомиллионных хищениях средств, выделенных на материнский капитал, в контроле над наркотрафиком и контрабандой. Если принять на веру все обвинения в его адрес, то вырисовывается зловещая фигура эдакого «дагестанского Мориарти», стоящего за львиной долей преступлений, совершенных в республике. Однако на практике все обвинения, выдвигавшиеся против Муртазалиева, разваливались. Даже убийство двух чеченцев в Москве было признано необходимой самообороной, несмотря на то, что Муртазалиев оборонялся из пистолета Макарова от людей, у которых из оружия был лишь один нож на двоих.

Впрочем, не пойман — не вор, а потому оснований обвинять Сагида Магомедовича, имеющего в определенных кругах кличку «Голодный», в приписываемых ему преступлениях мы не имеем права.

Зато с полным правом можем рассмотреть его политические амбиции. По свидетельствам людей, знающих Муртазалиева лично, он любит поговорить о своей дружбе с главой Чечни Рамзаном Кадыровым. И мечтает, подобно Кадырову в Чечне, стать в глазах Кремля единственным политиком, способным эффективно бороться с терроризмом в Дагестане. При условии, что на эту борьбу будут выделяться серьезные средства из федерального бюджета, которые Муртазалиев надеется взять под контроль. Для этого ему нужно, ни много ни мало, стать главой республики.

Лезгины, кумыки, лакцы и даргинцы, впрочем, справедливо опасаются, что Сагид Магомедович использует федеральные средства для укрепления позиций аварцев в республике. Якобы любые проявления недовольства прочих народов своим положением будут расцениваться как терроризм — со всеми отсюда вытекающими.

Депутат Государственной Думы Умахан Умаханов еще в 2013 году рассматривался как будущий преемник Рамазана Абдулатипова — мол, в силу своего возраста Рамазан Гаджимурадович «потянет» лишь один президентский срок, а вслед за ним главой Дагестана станет более молодой политик. Тем более что Умаханов приходится родственником Зияудину Магомедову, владельцу группы «Сумма», имеющему мощные связи во властных кругах в Москве и активно участвующему в жизни Дагестана.

События последних двух лет после прихода Абдулатипова отчетливо говорят о том, что Умахан Магомедгаджиевич не готов удовлетвориться ролью простого депутата Госдумы от Дагестана, каковых много. Видимо не случайно он стал сопредседателем Общероссийского народного фронта по Дагестану и развил бурную деятельность с критикой главы республики.

Первой ласточкой стал его депутатский запрос по поводу незаконности приватизации Кизлярского коньячного завода. Эксперты немедленно расценили это как подготовку Умаханова к тому, чтобы занять место Абдулатипова. С тех пор Умахан Магомедгаджиевич не упускает случая выпустить критическую стрелу в адрес Рамазана Абдулатипова. А его принадлежность к политической команде президента РФ и родство с Зияудином Магомедовым серьезно повышают шансы на то, что именно Умаханов может стать следующим руководителем Дагестана.

Впрочем, с этим готов поспорить еще один человек по фамилии Умаханов — глава Хасавюрта Сайгидпаша Дарбишевич. В последнее время в окружении главы Хасавюрта ходят упорные слухи о том, что Сайгидпаша Умаханов твердо нацелился на то, чтобы сменить Рамазана Абдулатипова на посту главы республики. Одной из причин этого называют недовольство Умаханова положением аварцев при Абдулатипове. Напомним, что сразу после назначения Абдулатипова врио главы республики, Сайгидпаша Умаханов назвал это решение «логичным», поскольку «именно аварцы являются государствообразующим народом Дагестана, а потому должны взять на себя ответственность за развитие республики». Однако Абдулатипов сразу повел политику равного представительства разных народов во власти, чем и вызвал недовольство Умаханова сотоварищи.

Надо сказать, что Сайгидпаша Дарбишевич — политик весьма «колоритный». Его имя неоднократно всплывало в связи с откровенным криминалом — например, ему приписывали организацию заказного убийства главы Хасавюртовского района Алимсолтана Алхаматова. В связи с этим убийством был даже арестован племянник главы Хасавюрта Хабиб Умаханов, а в домах целого ряда родственников Сайгидпаши Умаханова были проведены обыски.

А совсем недавно был вынесен приговор по делу о покушении на убийство самого Сайгидпаши Умаханова. Исполнители — жители Чечни Бадруди Джабраилов и Рамзан Качаев, получили 9 и 12 лет колонии соответственно. При этом заказчиком убийства они назвали советника Рамзана Кадырова Шаа Турлаева. Интересно, что по одной из версий, причиной покушения на Умаханова было желание расчистить путь к президентству в Дагестане другу Кадырова Сагиду Муртазалиеву.

Немало слухов ходит и об еще одном кандидате на высшую должность в республике — Магомеде Гаджиеве. Якобы в 90-х годах Гаджиев, носящий в определенных кругах кличку «Фикса», был замешан в похищении экс-председателя правительства ДагестанаАбдуразака Мирзабекова, а также участвовал в покушениях на директора Махачкалинского завода железобетонных конструкций Саида Курбанова иполитического оппонента Хизри ШихсаидоваБасыра Алжанбекова. Недоброжелатели связывали его имя с контрабандой черной икры в Объединенные Арабские Эмираты, обвиняли в причастности к убийствам главы МВД республики Адильгерея Магомедтагирова, начальника межрайонного отдела по борьбе с экстремизмом Гапиза Исаева, начальника УВД Махачкалы Ахмеда Магомедова.

Впрочем, у правоохранительных органов, судя по всему, обоснованных претензий к Магомеду Гаджиеву нет. А слухи — на то и слухи, чтобы не относиться к ним как к истине в последней инстанции.

Да и остались они, эти слухи, судя по всему, в далеком прошлом. Сегодня Магомед Тажудинович — уважаемый человек, депутат Государственной Думы, давно порвавший с Хизри Шихсаидовым и перешедший в команду Сулеймана Керимова.

Еще одного аварца, Гаджимурада Омарова, претендентом на пост президента РД может назвать разве что он сам. В 2013 году Омаров даже организовал «Съезд народов Дагестана», который предложил его кандидатуру на должность главы Республики. Омаров, безусловно, является наиболее неистовым критиком главы республики Рамазана Абдулатипова. К слову сказать, аналогичную позицию он занимал и по отношению к предыдущему президенту РД Магомедсаламу Магомедову. Как закончил свою карьеру Магомедов — общеизвестно. И, думается, свою роль в решении Владимира Путина «отставить» Магомедсалама Магомедова сыграли и публичные выступления Омарова.

Однако очевидно, что ни Владимир Путин, ни Народное Собрание всерьез его кандидатуру рассматривать не намерены.

Тем не менее, Омаров совсем недавно «внес свой вклад» в борьбу за президентское кресло — будучи избитым после конференции дагестанской организации партии «Справедливая Россия», он прямо обвинил Рамазана Абдулатипова в организации этого избиения. Омаров даже написал открытое письмо Владимиру Путину, в котором назвал главу Дагестана главным виновником упомянутого преступления. Однако уже после этого президент РФ провел рабочую встречу с главами субъектов федерации, входящих в СКФО, на которой как ни в чем не бывало решал с Абдулатиповым рабочие вопросы. Чем косвенно дал понять, что считает скандал с Омаровым провокацией.

Сергей Ахмедов 

Полит.ру