По следу двух убийств в Уллубийауле

Багаудин Узунаев respublic.net

В мае прошлого года в селении Уллубийаул Карабудахкентского района произошло громкое убийство. Средь бела дня в своей машине был застрелен молодой человек, представитель известного и уважаемого рода, брат тогдашнего главы администрации селения Дадаша Дадашева – Джанав Дадашев…

Произошло это через несколько месяцев после другого, менее резонансного убийства, когда в ходе крупной перестрелки от случайной пули погибла жительница этого же селения Анисат Айдиева. Оба убийства не раскрыты по сей день. Но следствие считает, что между двумя этими событиями есть прямая причинно-следственная связь.

Начнем с первого, следуя хронологии и последовательности событий.

СЕЛ НЕ В СВОИ САНИ?

27 октября 2015 года в 10 часов утра в Уллубийауле, в здании администрации села, должна была состояться аттестация кандидатов на должность главы этого селения. Проведение ее было поручено комиссии во главе с замом председателя райсовета «Единой России» Бекболатом Сахаватовым. Претендентов на пост главы было пятеро: четверо из них – депутаты сельского собрания, один, Казбек Айдиев, самовыдвиженец.

«Первым на комиссию зашел Дадаш, – рассказывает Сахаватов. – Ответив на все наши вопросы, он вышел из кабинета. Вторым зашел Казбек Айдиев. У меня к тому времени уже были встречи с ним – в ходе подготовки документов. Но я слышал о нем и в связи с другими делами. Говорили, что он работает в Россельхозбанке, возглавляет отдел безопасности. Поговаривали, что без его подписи кредит в этом банке получить было невозможно, что функция выбивания долгов также лежала на нем. В общем, в моем представлении он был сомнительной фигурой и на главу села явно не тянул…»

Так считал не только Сахаватов, но и старейшины села. В частности, бывший многолетний руководитель Уллубийаула, весьма уважаемый там человек Багаутдин Ибашев и кади селения Телев-гаджи. Обоих накануне выборов пригласил к себе глава района Махмуд Амиралиев, показал им список кандидатов и поинтересовался их мнением насчет них. Оба указали на Дадашева как на наиболее подходящего из всех на эту должность…

Мнение кади было для меня особенно важно, поскольку айдиевская сторона считает его также косвенно виновным в случившемся. Во-первых, его винят в том, что он вмешивается в политику, пятная тем самым свой сан. Во-вторых, и это, пожалуй, самое тяжелое из обвинений: как сказал мне в ходе нашей встречи отец Казбека, Абдулпатах, кади, рекомендуя Дадашева, сделал это небескорыстно… Причем, узнав, что я собираюсь навестить кади, он буквально обязал меня спросить его, почему он так ведет себя? И я задал эти вопросы кади. Конечно, мне и самому было любопытно услышать его ответы, но, если бы не требование Абдулпатаха, сам я никогда не решился бы ставить перед 82-летним кади подобные вопросы! Тот был возмущен такими подозрениями. «Из тех, кто был в списке, как я искренне считал и продолжаю считать, больше всего на эту роль подходил Дадаш, о чем я и сказал главе. А Казбека я толком не знаю… Не знаю, потянет ли он такую сложную работу, как руководство нашим Уллубийаулом?! Что касается денег, которые я будто бы взял с Дадаша за свое ходатайство перед главой, то это обвинение я считаю настоящей клеветой и кощунством и обязательно скажу о нем перед всеми в ходе ближайшего рузмана…»

Понимаю его реакцию…

КАК В ВОДУ ГЛЯДЕЛ

«Я знал настрой Казбека, его амбиции, – возвращаюсь к словам Сахаватова. – Прямо скажу, среди всех кандидатов он был наиболее проблемной фигурой. Зная это, я даже предупредил главу района: мол, этот может преподнести сюрприз… Может, стоит привлечь правоохранительные органы для предотвращения возможных опасных последствий? Но глава счел такую меру излишней, был уверен, что все там и так пройдет гладко, без эксцессов…»

Но инцидент все-таки произошел…

Едва войдя в комнату заседания, как рассказал Сахаватов, Казбек сразу принялся всех обвинять: мол, я знаю, вы уже все решили за спиной нашего джамаата. «Чего тут собрались? Чего приехали из Карабудахкента? Мы сами разве не можем решить наши вопросы? Вы не будете проводить здесь конкурс! – заявил он. – Мы вам не дадим…» В это время в комнату вошла группа поддержки Казбека и тоже стала требовать прекратить работу комиссии. «Что нам оставалось делать?! – говорит Бекболат. – Я сразу же связался с главой и сообщил о происходящем. Было решено прекратить работу комиссии. Мы собрали наши бумаги и двинулись к выходу…»

***

Комиссия, находясь внутри, не могла видеть того, что происходило в это время снаружи, во дворе. А там развернулась драка между младшим братом Казбека Надыром и сыном Дадаша Зайналом. Как же оказался там Зайнал? Ведь, как установлено, в коридоре администрации никого из сторонников Дадаша не было! Я неспроста заостряю на этом внимание, так как айдиевцы уверены, что его специально вызвала по телефону на место инцидента член комиссии Гюльназира Магомедова. Младший брат Казбека Надыр говорил мне при встрече: «Мы пришли туда не для драки, а просто для поддержки Казбека. Если бы мы шли драться, то, наверное, оделись бы в спортивки, а на нас были цивильные костюмы…»

Аргумент так себе… Во-первых, любопытно, что в представлении Надыра и, по-видимому, его круга, спортивки все еще, как в 90-х, остаются униформой для драк и разборок; во-вторых, можно возразить, что они таким способом маскировали свое истинное намерение. Ведь сами они не верят, что позже, 11 ноября, еще один инцидент в спортзале произошел без ведома Дадаша Дадашева, который в этот день проводил сватовство дочери. Считают, что он этим делал себе алиби, маскировался, а сам закулисно руководил всей этой операцией… Использовать сватовство дочери для маскировки преступления – это, знаете, очень изощренный ход. В особенности для Дадаша, который, по словам самих же айдиевцев, человек недалекий, без царя в голове… А тут, на тебе, придумал такую многоходовку! Не верится что-то…

Гюльназира отрицает, что вызвала Зайнала. «Да, он мне звонил несколько раз, – говорит она, – но каждый раз я отклоняла звонок, чтобы он не пришел туда, не дал им еще один повод для агрессии…» Айдиевцы же утверждают, что Гюльназира не отклоняла вызов, а, наоборот, включила телефон, чтобы на другом конце было слышно, что происходит в стенах администрации… Придя в администрацию, Зайнал наткнулся на Надыра и, по его словам, «сразу начал грубить: мол, чего вы хотите от моего отца?! Я ему спокойно ответил, что у нас нет претензий к твоему отцу, у нас претензии к комиссии…» «А я вам и не дам предъявлять претензии к моему отцу!» – будто бы ответил Зайнал. Это взбесило Надыра, и он перешел на язык угроз… Кончилось тем, что оба вышли во двор, где и сцепились. Замечу тут, что Надыр, как и его старший брат Казбек, спортсмены, мастера по боям без правил. Поэтому в этом поединке преимущество было на его стороне. Услышав о происходящем, во двор администрации прибежал дядя Зайнала, младший брат Дадаша Алихан. «Вдруг я почувствовал, что меня кто-то душит, схватив за шею, – рассказал Надыр. – Это был Алихан… Вырвавшись, я отбросил его и нанес ему несколько ударов… не сильно, только чтобы отбиться от него…Теперь Алихан говорит, что нас разнимал. Ничего себе разнимал! Он душил меня! Я что, не могу понять, когда разнимают и когда душат?!» Ну да, различить эти два действия действительно нетрудно. Однако разнимал Алихан или душил, а главным пострадавшим стал он: он был сильно избит, ему сломали нос, на теле остались следы от ударов.

Драку кое-как остановили. Айдиевцы победоносно ушли. Дадашевские занялись здоровьем Зайнала и Алихана. Ему советовали подать заявление в органы по факту нанесения телесных повреждений. Но как человек религиозный (Алихан – будун джума-мечети Уллубийаула) делать этого он не стал, надеясь на разрешение конфликта без содействия государства…

ЧЕМ Я ТАК НЕ УГОДИЛ?!

О том, почему глава района не воспользовался советом Сахаватова и не привлек правоохранителей, я спросил у него самого в ходе нашей встречи в Карабудахкенте. «Обычно мы привлекаем правоохранительные органы на мероприятия, в которых участвует большое количество людей, – сказал мне Махмуд Амиралиев. – В том числе и на выборы. Но в данном случае, поскольку речь шла всего лишь об аттестации, то есть опросе нескольких кандидатов в главы села, повода для привлечения правоохранительных органов у нас не было. Стоит ли по каждому мелкому поводу привлекать полицию?! Конечно, я очень сожалею, что такое случилось в Уллубийауле, но нашей вины я тут не вижу. Я принял меры, чтобы этого не случилось. Узнав о происшедшем, я тотчас вызвал к себе Казбека Айдиева и предупредил его, что своим поступком он закрыл себе дорогу к участию в выборах, хотя до того у него были шансы на победу, как и у всех остальных кандидатов. Он вроде бы осознал свою неправоту и заверил, что снимет свою кандидатуру. И снял! Более того, я помирил их, Дадаша и Казбека, и добился от них слова, что конфликт между ними на этом будет исчерпан. Оба дали мне такое слово, и я был совершенно спокоен за стабильность в Уллубийауле. Однако потом конфликт вспыхнул с новой силой, и дело закончилось двумя убийствами, в одном из которых подозревают Казбека Айдиева…»

Среди мер, принятых администрацией района в Уллубийауле, был и форум «Матери – против террора», где женщины выразили неодобрение поведением Анисат Айдиевой в этом конфликте: мол, ей следовало бы не толкать сына к мести своим обидчикам, а, наоборот, искать мирного разрешения ссоры…

При этом глава и его зам по партийной линии признали деятельность Дадаша Дадашева в качестве главы села вполне успешной. «Нас его работа устраивает, – заверили они. – Он единственный в районе сумел собрать недоимки по земельному налогу на 1 млн 800 тысяч рублей! По нашим меркам это очень крупная сумма…».

***

Сам Дадашев, отвечая на обвинения айдиевцев, что он слабый руководитель, ссылается на оценку его деятельности государством. Например, в 2103 году он был признан лучшим главой среди всех муниципальных образований Карабудахкентского района, в связи с чем ему был подарен автомобиль Приора. «Я приобрел скорую помощь для селения, открыл стационарную амбулаторию, вернул 2250 гектаров арендных земель, которые от ГУП «Буйнакский» вернулись МО «Уллубийаул». Не знаю, чем я так не угодил…»

После того как произошло убийство Анисат Айдиевой, Дадаш Дадашев добровольно покинул пост главы села, по совету Надыр-Солтана Абдурахманова, очень влиятельного в Уллубийауле человека. Это, по его мнению, должно было снять с Дадаша подозрение, будто им двигала жажда власти, а стать шагом к примирению с Айдиевыми. Но примирения, увы, не произошло…

БЕГСТВО ИЗ СПОРТЗАЛА

Самое время перейти к пресловутому спортзалу, где 11 ноября 2015 года разыгрался второй акт трагедии в Уллубийауле. Уточню только, что к тому дню Дадаш уже был избран главой села и любой конфликт в нем, особенно связанный с его семьей, был ему совершенно не выгоден и не нужен. В связи с этим он просил своих братьев не предпринимать ничего такого, что могло бы способствовать его возобновлению.

«В тот день, когда это все же случилось, – рассказал Дадаш, – у меня дома происходило сватовство моей дочери, мне вообще было не до ссор и разборок. И вдруг к нам во двор врывается мать Казбека Анисат вместе со своей невесткой и еще одной родственницей. В одной руке у нее был нож, в другой – палка. Она была страшно возбуждена и попыталась напасть на меня, потом на наших родственников. Даже кого-то ранила этим ножом. Мы с большим трудом выставили их … Тогда-то я и понял, что произошло что-то, из-за чего сюда пришла мать Казбека… Потом уже я узнал про спортзал и про все остальное…»

***

А в спортзале, по версии Дадашевых, произошло следующее. После драки в администрации села в день аттестации Дадашевы ждали, что кто-то из Айдиевых придет в их дом и состоится объяснение, маслеат. «Мы знали, что глава района помирил Дадаша и Казбека, – рассказывает Нариман, сын Ордаша Дадашева, – но в нашем селе принято такого рода конфликты решать не административно, а в ходе маслеата сторон. Но шли дни, никто к нам не являлся. Тогда мы решили сами пойти к Казбеку и объясниться с ним. Поверьте, ничего большего в тот день мы не планировали. Хотели просто спросить его: почему он так поступил? Почему, нанеся нам обиду, не хочет хотя бы придти в наш дом и протянуть руку примирения? С таким намерением и пошли в тот злополучный день наши дяди – Алихан, Джанав и Габийбулла – в спортзал, где, как нам случайно стало известно, находился Казбек. Выходя из дому, старшие предупредили нас, молодежь, чтобы мы оставались на месте и ждали их возвращения там. Чтобы Казбек не подумал, что мы собрались всей семьей для расправы с ним…»

Тем не менее несколько молодых Дадашевых, в том числе и сам Нариман, все же пришли к спортзалу и стояли у его порога. Внутрь же зашли старшие: Джанав, Габийбулла и Алихан. В центре зала, на ковре, среди ребятишек стоял Казбек. Он был босой и в спортивном трико. Стоя у двери, Дадашевы обратились к Казбеку с просьбой подойти к ним – для объяснений. Тот побледнел, замер и стоял, остолбенев от неожиданности. Когда же один из Дадашевых повторил свою просьбу, он вдруг сорвался с места и в два прыжка оказался у второй двери спортзала, находившейся в другом конце. Резко распахнув ее, он выскочил на улицу и побежал… А вот куда он побежал – тут показания сторон расходятся. Дадашевы говорят, что он сразу же кинулся вниз по дороге, ведущей к выезду из селения. Следователь же, со слов самого Казбека, утверждает, что он сначала побежал в сторону своего дома, что стоит напротив спортзала, прямо через дорогу. Но, увидев, что дадашевцы перегородили ему путь, он изменил свой маршрут и побежал из селения. Дадашевцы говорят, что их старшие его не преследовали, а преследовала молодежь: сын Джанава Гаджихан, а также его двоюродные братья Темирхан и Залимхан. Еще одно разночтение: дадашевские отрицают, что стреляли в бегущего Казбека, а с его слов следствие утверждает, что в него стреляли и попали ему в ногу. При этом следователь отмечает, что рана была глубокая… Как же он в таком случае смог бежать, причем так резво? Неясно… Дадашевы, в свою очередь, происхождение раны на ноге Казбека объясняют более поздней перестрелкой, происходившей уже у ворот дома Джанава Дадашева, куда айдиевцы и их сторонники пришли вооруженные и полные решимости дать достойный ответ за унижение своего лидера.

ЖЕНЩИНА ДОЛЖНА МИРИТЬ…

Я был в том месте, где происходила погоня с последующим прыжком Казбека в колючий кустарник. От спортзала до этого места расстояние – метров 300! Пробежать столько с пулей в ноге, пусть и от травмата, причем, как говорят догонявшие, очень резво и стремительно? Возможно ли такое?! Видя, что Залимхан и Темирхан его догоняют, Казбек нырнул в кустарник и бежал уже через него, что, наверное, было делом непростым, потому что кусты там сплошь в колючках. Неудивительно, что, когда он вышел из них, то, по рассказу очевидцев, был изрядно исцарапан: руки, ноги, лицо были у него в крови. Впрочем, догонявшие не скрывают, что избили его… Выход всех из кустов ознаменовался примирением. Причем Казбек, по словам Дадашевых, одобрил их действия. «Мы тебя две недели ждали, думали, ты придешь, мы объяснимся и помиримся… Но ты не пришел», – говорили ему. «Да, да, я был неправ, неправ… – отвечал он. – У меня к тебе никаких претензий нет… Я бы и сам то же сделал… Прости меня, ради Аллаха!» – твердил он, трижды обняв Алихана. В селение они возвращались все вместе, примирившись и заверяя друг друга в дружбе и согласии. В это время снизу ехала машина, в которой, как оказалось, сидел родственник Казбека Магомед-Мухтар Исабеков. Он без слов все понял. «Он мне как брат! – стал он упрекать Дадашевых. – Вы неправильно сделали, плохо поступили». Затем он посадил Казбека в свою машину, и они уехали в селение. По словам очевидцев, подвезя Казбека к дому, Магомед-Мухтар сказал ему: «Иди, сообщи всем нашим, пускай берут оружие и все идут сюда… И ты тоже бери оружие, мы сейчас разберемся с ними…»

Поступок Магомед-Мухтара в данной ситуации можно расценить как еще один фактор, послуживший разжиганию конфликта. Наряду с поведением Анисат Айдиевой. И я не одинок в своей оценке. Так же считает и ректор Исламского университета им. Имама аш-Шафи‘и Муртузали Карачаев, привлекавшийся для маслеата. «Женщина должна не разжигать вражду, а останавливать ее. Это предписывает не только шариат, но и наши обычаи», – считает алим. Помянул он и Казбека: «Он пытался разговаривать со мной свысока, с позиции силы. Конечно, я не позволил ему этого», – добавил мой собеседник. В целом же, по его мнению, урегулировать эту ситуацию невозможно: «Они же не слушаются! – возмущался он. – Для них нет авторитетов… Я сказал, чтобы меня больше туда не звали».

ПЕРЕСТРЕЛКА У ВОРОТ

После того как весть об избиении Казбека распространилась по селу, к спортзалу стали собираться его сторонники. Одними из первых туда прибыли отец Казбека Абдулпатах и его младший брат Надыр. Последний, как признается в показаниях Абдулпатах, был вооружен. И толпа, численность которой, по разным данным, была от 150 до 300 человек, двинулась к дому Джанава Дадашева.

Кто возглавлял ее? Кто ее вел вперед? И был ли среди тех, кто вел, Казбек Айдиев? Дело в том, что все свидетели с его стороны утверждают, что Казбека среди тех, кто шел к дому Джанава Дадашева, не было, что он в это время был в Изберге, где получал медицинскую помощь. Но вот показания его отца, которые противоречат этому, цитирую: «Я вместе с ребятами тоже пошел к дому Джанава Дадашева, где они спрятались. Также со мной пошли мои сыновья Надыр и Казбек». Где же правда? И почему ее скрывают? «Мой сын Надыр был очень зол на Дадашевых, – проговаривается отец, – потому что они так поступили. Он из своего зарегистрированного ружья «Сайга» совершил в воздух выстрелы и потребовал, чтобы они вышли из дома».

Значит, Надыр начал первый стрелять. Хотя стрелял он в воздух, следы от его выстрелов я видел в потолке комнаты на втором этаже в доме Джанава. Наверное, случайно попал… Кстати, случайность эта могла обернуться гибелью Наримана Дадашева, стоявшего в это время у окна той самой комнаты. «После выстрела Надыра, – продолжаю цитату, – из дома Дадашевых по нам начали стрелять. Стреляли из окна второго этажа, также одновременно стреляли с ворот и еще откуда-то».

То есть Дадашевы поняли стрельбу Надыра Айдиева не как призыв выйти и начать переговоры, а как атаку на них. И стали отстреливаться. Честно говоря, если бы кто-то пришел к моему дому и стал стрелять в воздух, надеясь, что я пойму его выстрелы как призыв к переговорам, я бы тоже подумал, что меня хотят убить…

***

В целом эта стрельба длилась 1,5-2 минуты. Немало в ситуации, когда все палят куда попало из множества стволов! Дадашевы не отрицают, что они также стреляли в незваных гостей, но оправдываются тем, что их вынудили к этому.

Когда огонь смолк, выяснилось, что с обеих сторон есть раненые. А чуть позже нашлась и убитая – Айдиева Анисат, мать Казбека и Надыра. Она лежала на полпути к дому Джанава, где в этой время шел бой. Ее муж, Абдулпатах, сначала подумал, что она умерла от приступа, так как была сердечницей. Пулю обнаружили только в больнице. По сей день следствию не удалось установить, от чьей же руки погибла Анисат Айдиева. Выяснение усложняется еще тем, что пуля попала в нее рикошетом, о чем свидетельствует вмятина на ней. Дадашевы отрицают саму возможность, чтобы кто-то из них прицельно стрелял в женщину. «Если бы мы хотели кого-то убить, то, наверное, убили бы Казбека или Надыра. Зачем убивать мать, которая нам не причинила никакого вреда?»

Как я уже сказал выше, по факту перестрелки у дома Джанава было возбуждено уголовное дело, которое вскоре разделили на два: одно по статьям 213 («Хулиганство») и 222 («Незаконное хранение оружия») УК РФ. Второе – по убийству Айдиевой. По первому были наказанные: четверо – со стороны Дадашевых, двое – айдиевские. Дело же по убийству Анисат Айдиевой в связи с тем, что установить виновного не удалось, в данный момент приостановлено. Но не прекращено. Расследование продолжается.

Приостановлено и дело по второму убийству – Джанава Дадашева, которое произошло в мае 2016 года. Следствие видит в двух этих событиях причинно-следственную связь, но полных доказательств у него пока нет.

УЛИК НЕТ, НО МОТИВ ИМЕЕТСЯ

Практически после первых же следственных действий следственного отдела г. Каспийска Дадашевы были недовольны его ходом. Одна из причин – неоднократная необъяснимая передача ведения дела от одного следователя к другому. Расследование начал У. Ханмурзаев, который, по их мнению, вел его объективно. Но вскоре его передали другому сотруднику – Анвару Махмудову. Он-то, как считают они, и отступил от принципа объективности. Они стали добиваться передачи дела другому следователю, в чем не преуспели – оно так и осталось на руках у Махмудова. Более того, расследование убийства Джанава Дадашева, которым начал было заниматься следователь Нияз Турпалов, опять-таки было передано Махмудову.

Тогда они попытались добиться передачи дела в Следственное Управление СК РФ по РД. Там обещали рассмотреть этот вопрос положительно, но дело так и осталось в Каспийске…

Я встречался с Анваром Махмудовым, утратившим доверие Дадашевых, а также с его непосредственным начальником, руководителем СО г. Каспийска Баширом Магомедовым. Следователь считает, что им было сделано все для объективного расследования обоих убийств, и если оба дела сегодня приостановлены, то это произошло не по его вине. Следствие продолжается, но только другими средствами, через оперативно-разыскные мероприятия. «Мы будем искать виновных до тех пор, пока не найдем!» – заверил меня Махмудов.

***

Не собираются сидеть сложа руки и Дадашевы; они уверяют, что будут добиваться объективного расследования и наказания виновного в убийстве их родственника – Джанава Дадашева.

В этом они, что понятно, подозревают Казбека Айдиева, который, кстати, со времени этого убийства убыл из Уллубийаула. Говорят, находится где-то в Москве. Сначала он был объявлен в федеральный розыск, который позднее был снят ввиду отсутствия улик против него. Их действительно нет, кроме одной – мотив! Мотив совершить убийство кого-то из Дадашевых, так как истинный виновник не установлен, у него все-таки был, чего не отрицает и следствие. Но мотив к делу не подошьешь, а твердых доказательств у него нет. Непонятно даже, сам ли он нажал на курок или это сделал наемник…

Многие видят в убийстве Джанава Дадашева месть за смерть матери со стороны Казбека Айдиева. Но только ли это двигало им? Дело в том, что ситуация, когда он, претендующий на лидерство среди уллубийаульской молодежи, вдруг оказывается в роли Гаруна, который «бежал быстрее лани», когда он униженно признавал свою вину, обнимал своего обидчика, ссылался на Аллаха и просил прощения, возможно, была для него неприемлема. Есть выражение «репутационные потери» – они в данном случае для Казбека были слишком велики, чтобы не попытаться вернуть себе утерянный или пошатнувшийся в результате этого инцидента авторитет лидера, вожака. Между прочим, глава ОМВД Карабудахкентского района полковник Руслан Гаджиев, к которому я также ходил в связи с этим инцидентом, во всем оправдывая Казбека, резко осуждал его за это бегство – босиком, в одном трико. «Этого я не одобряю, – сказал он. – Этого он не должен был делать. Я бы на его месте не убежал, если даже сто человек против меня вышли бы!..» И так в районе считают многие.

НЕ ДОПУСТИТЬ ХУДШЕГО

Убийство Джанава Дадашева, о котором я уже упоминал, произошло в мае 2016 года. Правильный, авторитетный, предприимчивый, верующий, никогда не уклонявшийся от общественных дел и поручений, он пользовался в селении заслуженным уважением. Кто убил – пока не установлено. Известно только, что выстрелы в него, ехавшего в своем автомобиле, были произведены из другого автомобиля, черной Приоры, когда Джанав притормозил перед «полицейским», лежащим у въезда в село… Стекла «Лады Приора» были затемнены, и увидеть тех, кто стрелял, было невозможно. Не оказалось и свидетелей. Да и увидеть что-то было невозможно, так как в момент выстрела машина Джанава закрыла черную «Ладу Приора». Во-вторых, все произошло так внезапно и быстро, что, пока опомнились, той уже и след простыл.

Сегодня ОМВД Карабадахкентского района, следственные органы, жители селения Уллубийаул озабочены одним: не допустить продолжения этого конфликта. В какой форме он может продолжиться, читатель понимает и сам. В связи с этим редакция «СР» обращается к новому руководителю Дагестана В. Васильеву с просьбой взять это дело под свой контроль, рекомендовать правоохранительным органам республики приложить все силы для объективного расследования дела, установления лиц, совершивших убийство Джанава Дадашева, и не допустить продолжения конфликта в самой опасной его форме.