Почему букмекерам приходится обращаться за помощью к депутату Госдумы Магомеду Гаджиеву

Главной новостью этого лета для всех, кто следит за развитием интернета в России, стало известие о том, что на третье место по количеству заблокированных Роскомнадзором сайтов вышли страницы букмекерских контор, работающих без лицензии. В борьбе с нелегальным контентом в Сети ведомство закрыло доступ к 43 тысячам таких сайтов. По количеству блокировок азартные игрыобогнали даже детскую порнографию (38 тыс. блокировок) и стоят сразу за пропагандой наркотиков (70 тыс.). Очевидно, что государство ужесточает борьбу с растущим, как на дрожжах, теневым азартным бизнесом. Как раз в октябре исполняется ровно два года с тех пор, как Роскомнадзор начал активно блокировать сайты нелегальных букмекерских контор по требованию Федеральной налоговой службы (ФНС).

Одновременно с сообщениями о массовой блокировке нелегальных, то есть работающих без российской лицензии, сайтов игроманы активно обсуждали новости о выходе на российский рынок одного из крупнейших мировых онлайн-казино — оператора bwin. Интересно то, что в прошлом году bwin принял ставок на 4,5 млрд евро, а это вдвое больше, чем весь российский рынок онлайн-гемблинга. Американская компания в партнерстве с российским миллиардером Александром Мамутом уже выполнила все требования регулятора игорного бизнеса (ФНС), получила необходимую лицензию и уже в октябре планирует начать прием ставок.

Говорят ли все эти новости о том, что регулирование активно развивающегося рынка онлайн-гемблинга наконец-то отлажено, теперь доля легального бизнеса будет только расти, нелегального — уменьшаться, бюджет будет пополняться налогами и в целом будет мир во всем мире? Как выяснил «Собеседник», до окончательной победы над теневым азартным бизнесом еще ох как далеко, тысячи сайтов нелегальных букмекерских контор продолжают принимать ставки. Редакция решила разобраться в этом вопросе и выяснила, что букмекерам сегодня не обязательно обращаться за лицензией — достаточно знать, кто может уберечь от попадания в «черные списки» Роскомнадзора.

Казино уходят в тень

Гаджиев Магомед Тажудинович

Гаджиев Магомед Тажудинович

Точкой отсчета начала «зачистки» теневого сектора онлайн-казино и букмекинга принято считать 2009 год — именно тогда государство решило ограничить работу всех казино и небольших контор шестью регионами, а в остальных такую деятельность запретить. Вплоть до реформы рынка онлайн и офлайн казино приносили своим владельцам до 150 млрд рублей доходов при общей численности игроков, по разным оценкам, от 10 до 13 млн человек.

Основной заработок шел, по большей части, с «одноруких бандитов» и многочисленных респектабельных казино, расположенных в каждом более-менее крупном городе страны. Череда ограничений офлайн-гемблинга привела к резкому росту онлайн-бизнеса, точнее, его «теневой» стороны, ставшей гораздо ближе к народу с распространением в России дешевого мобильного интернета, что, в свою очередь, не могло не заинтересовать и власти. Еще бы — только по данным на 2009 год игроманов в России было выявлено 2 млн человек, еженедельно просиживающих в реальных и виртуальных казино по несколько тысяч рублей.

Сейчас официально принимать офлайн ставки могут всего около 50 компаний, получивших соответствующую лицензию от ФНС и вступивших в одну из трёх саморегулируемых организаций. Принимать онлайн-ставки могут всего десяток букмекеров. По данным источника «Собеседника», их доля рынка крайне мала и не превышает 10% от всех ставок, при этом львиную часть бизнеса занимают тысячи сайтов, не имеющих российской лицензии и пользующихся различными «дырами» в законодательстве для обхода блокировки со стороны Роскомнадзора. Самый известный среднестатистическому пользователю способ — создание так называемых «зеркал», полных копий сайта, подвергшегося блокировке.

Таким способом, как удалось удостовериться корреспонденту «Собеседника», успешно пользуются популярные сайты букмекеров 365bet, Unibet, Pari Match и многих других. Несмотря на то, что и те, и другие выдаются уже в первой тройке запросов популярных поисковиков, они не стесняясь предлагают игрокам доступ сразу к нескольким версиям своих «актуальных зеркал» а многие, в обход прямого запрета, даже размещают собственную рекламу в мобильных приложениях и популярных, в том числе и пиратских сайтах вроде Rutracker.org или Rutor. «Зеркала», впрочем, как и пока не забаненные оригинальные сайты «черных букмекеров», вполне в силах принимать ставки и даже, как удалось лично удостовериться корреспонденту «Собеседника» на нескольких популярных ресурсах, выдавать выигрыш. Очевидно, что обманывать клиента, как это делают с Роскомнадзором, букмекерам не с руки. Резать такую курочку, несущую золотые яйца, едва ли кто-то хочет — в месяц, по разным оценкам, заядлый игрок тратит на ставки у букмекеров до 10-11 тысяч рублей.

Большой разброс между количеством легальных и нелегальных букмекеров вполне объясним — чтобы легализоваться, букмекер должен быть достаточно состоятельным. Так, по закону для получения у ФНС лицензии на осуществление подобных услуг нужно выполнить целый ряд условий: компании нужно иметь 1 млрд рублей чистых активов, 500 млн рублей в качестве банковской гарантии и 100 млн рублей уставного капитала. И только со вступлением в СРО и уплатой взноса в 30 млн рублей в общий фонд (не говоря о ежегодных отчислениях в 1 млн рублей) — последним этапом в регистрации — претензий от Роскомнадзора, в теории, возникнуть не должно. Очевидно, что выполнить такие требования под силу только самым крупным игрокам.

Свой игрок во власти

Несмотря на имеющиеся возможности, Роскомнадзор блокирует нелегальных букмекеров весьма избирательно: сайтов и «зеркал» тысячи, а блокировок — гораздо меньше, замечает источник «Собеседника». По его словам, многие во власти понимают чрезмерность столь строгих требований со стороны регулятора, но не обладают нужным «политическим весом» для их смягчения. Как выход, не имеющие миллиардов компании вынуждены искать помощников-лоббистов среди политиков, которых немало. Но главные надежды, по данным источника, букмекеры возлагают на депутата Госдумы VII созыва Магомеда Гаджиева. По его словам, источники, знакомые с тем, как устроен игорный бизнес, говорят, что у Гаджиева есть возможности решить проблемы с ФНС, договорившись, чтобы определенные домены не подпадали под блокировку и не высылались в Роскомнадзор. У депутата есть хорошие связи в ФНС, раньше, до прихода в Госдуму, он был замом главы межрегиональной инспекции службы по ЮФО и главой ФНС по республике Дагестан, напоминает источник. Старые связи Гаджиев сохранил, причём, не только на региональном, но и на федеральном уровне, уверяет он.

— Те, кто понимает, как работает букмекерский бизнес, рассказывали, что для бизнеса Гаджиев — единственный более-менее приемлемый вариант не создавать десятка зеркал и избежать блокировок и «чёрных списков», — говорит знакомый с деятельностью депутата источник. — По обе стороны, если можно так сказать, баррикад, и власти, и бизнес понимают, что нынешние правила игры не соответствуют реальному положению дел и во многом приводят к монополизации рынка самыми богатыми компаниями с обширными связями во власти. По сути, то, что депутат помогает бизнесу — в этом ничего такого необычного нет. Все мы понимаем, что законодательство бывает просто невозможно соблюсти, а компанию сохранить хочется.

Круг связей Гаджиева, как считает собеседник издания, которые могут быть полезны в вопросах урегулирования отношений власти и игорного бизнеса, может не ограничиваться только налоговой службой. Коллеги Гаджиева по Госдуме — депутаты от Дагестана Мурад Гаджиев и Гаджимет Сафаралиев — разрабатывают законопроекты, относящиеся к регулированию рынка букмекинга. Также СМИ писали, что партнер Гаджиева — сенатор от Дагестана Сулейман Керимов — планировал построить в Махачкале на территории морского торгового порта развлекательную зону с двумя казино и несколькими букмекерскими конторами. Стоимость проекта оценивалась в $100 млн.

То, что дагестанские депутаты и сенаторы хорошо знакомы с работой рынка казино и букмекерских контор — неудивительно. Самые страшные новости по теме игорного бизнеса — о количестве игроманов, проигрышей и суицидов — до 2007 года поступали именно из Дагестана. Уставшая бороться с игорными заведениями общественность республики даже обращалась за помощью к духовным лицам: совет имамов Махачкалы призвал владельцев таких заведений закрыть их и заняться праведным бизнесом. В противном случае имамы обещали, что опубликуют в СМИ имена «сеятелей порока» и обратятся на пятничных молитвах с мольбой к Аллаху наслать на них проклятия и беды. Войну завершили депутаты народного собрания Дагестана, сравнив игроманию с алкоголизмом и наркозависимостью в 2007 году запретив деятельность игорных заведений на территории республики — на два года раньше, чем это произошло по всей стране.

Рынки разные, подход — один

Ситуация на рынке онлайн-казино хорошо отражает то, что происходит в целом на финансовом рынке всей страны. Складываешься впечатление, что зачистка букмекерского сектора была лишь тренировкой перед началом «сжатия» другого, более крупного и важного для экономики бизнеса — банковского, рассуждает источник «Собеседника». На обоих рынках сейчас действуют очень жёсткие условия, которые, как показывает практика, способны выбить из колеи даже таких гигантов, как банки «Югра» или «Открытие», не говоря уже о куда более мелких игроках рынка онлайн-ставок. Стандарты рынков становятся все ближе — если у азартных игр только появляются свои частные лоббисты, то в банковском секторе все проблемы решаются исключительно через одну большую структуру — Центробанк.

— Очевидно, что подход тут такой же индивидуальный, как и на рынке ставок. Если бы его не было и все вопросы абсолютно формально решались бы только, к примеру, с Минфином, занимающимся и другими отраслями, то рынок увидел бы куда больше крахов и закрытий, — считает собеседник издания.

Ситуация и с банковским, и с букмекерских бизнесом абсолютно стандартная, у каждого бизнеса есть свои лоббисты в Думе, добавляет источник.

— Вот, например, Аксаков [Анатолий] и Резник [Владислав] широко известны как защитники интересов банковского сектора. Вот и те, кто хочет сохранить букмекерский бизнес, надеются, что обратившись к Магомеду Тажудиновичу, они смогут решить свой вопрос. Это обычная и стандартная практика, ничего удивительного здесь нет — считает собеседник.

Магомед Гаджиев — человек гораздо менее публичный, чем его коллеги-лоббисты Анатолий Аксаков или Владислав Резник или его бизнес-партнер Сулейман Керимов. Однако, по словам источника, именно Гаджиев является идеологом и по сути автором инициатив Керимова.

— Общеизвестно, что Магомед Тажудинович — «серый кардинал» в команде Сулеймана. Его роль во всех их проектах, зачастую главная, широко не афишируется, но ни для кого не секрет, что мозговым центром в их команде является именно он. И, как играющий важную роль человек, скорее всего, получает значительную долю прибыли с тех проектов, в которых участвует. Многие даже говорят, что денег у него не меньше, чем у партнера, он имеет бизнесы в разных странах, а семья его вообще живет в Майами, — добавляет источник.

Важность работы лоббистов, продвигающих интересы игорного бизнеса, переоценить сложно. Одна из последних значимых побед лоббистов интересов игорного бизнеса состоялась в феврале, когда Госдума отвергла законопроект Минфина о запрете онлайн-переводов между банками и нелегальными казино и букмекерскими сайтами. Очевидно, что все нововведения властей и регуляторов, грозящие букмекерам полным отключением от сети, будут мало эффективны при наличии работы лоббистов, отстаивающих, пускай и не совсем законно, интересы бизнеса.

Источник

ЧИТАЙТЕ В СЕРОМ ЖУРНАЛЕ:

Магомедов Пазлудин не успел сложить пазл
Криминальные новости Дагестана на 2 июня 2014 г.
Дружеская перестрелка в Махачкале
В отношении и. о. ректора педуниверситета Магомеда Абдулаева возбуждено уголовное дело
Руководитель компании «ЭКО-М» оштрафован за долги по зарплате
Вкладчики банка «Экспресс» считают себя жертвами махинаций
Отменено уголовное дело в отношении экс-депутата Джамала Касумова
Отставку главы Дагестана назвали одним из условий «выхода Дагестана из кризиса»
Под Рамзаном Кадыровым зашаталось кресло?