Подробности встречи главы Дагестана с Владимиром Путиным

Не зря президент прервал главу Дагестана и, предложив подтвердить высокие рейтинги конкретной работой, продолжил беседу без журналистов…

Прочитав стенограмму встречи президента России Владимира Путина с главой Дагестана Рамазаном Абдулатиповым, я поразился, насколько хитро руководитель региона изложил главе государства информацию о дождях и отравлениях жителей, а затем, дав свои объяснения, перевел ответственность за чрезвычайную ситуацию в Махачкале на других лиц.

А в завершение открытой для журналистов части встречи сообщил только позитивные для себя цифры по социально-экономической и общественно-политической ситуации в республике. Чтобы не быть голословными, разберем все по порядку.

Лукавые числа

Путин говорит: «Сначала прошу вас рассказать о том, как вы справляетесь с чрезвычайными ситуациями. Имею в виду и наводнение, и сейчас отравление, связанное с водой, как я понимаю».

Абдулатипов отвечает: «Около десяти дней шли ливневые дожди в Дагестане, и прорвало канализацию. Соответственно, попали сточные воды, и отсюда было отравление.

Сегодня в больницах 273 человека. Но по сравнению со вчерашним днем – на 30 человек меньше, то есть идет к стабилизации. Летальных исходов нет и не было. Два человека были в реанимации, один их них уже вышел, и второй тоже выздоравливает».

Но цифра «273 человека» резанула глаз.

Ведь, судя по всему, их встреча прошла 2 ноября после 18 часов, поскольку на сайте президента РФ информация в виде стенограммы ее начала была опубликована в 21:20, а до этого в тот же день у Путина было два совещания и две встречи с федеральными руководителями.

Это я к тому, что 2 ноября в 11:08 Минздрав Дагестана выставил сообщение о том, что «на сегодняшний день в больницах остаются 345 (!?) человек, подавляющее большинство из которых — 246 — это дети до 17 лет».

Медики сообщили также, что всего за период с 27 октября по 2 ноября было госпитализировано 675 человек, из них 497 детей! Это сообщение моментально разошлось по федеральным информационным каналам и должно было быть доведено до Абдулатипова его подчиненными или хотя бы его другом, министром здравоохранения Дагестана Танкой Ибрагимовым.

Но допустим, что 2 ноября Главу Дагестана не проинформировали. Тогда, может, это сделали в предыдущий день?

Однако на сайте Минздрава РД в очередном сообщении от 1 ноября в 17:45 говорится:

«На данный момент в инфекционных стационарах лежат 296 больных с признаками острой кишечной инфекции (ОКИ), в том числе 248 детей. Всего за период с 27 октября по 01 ноября 2016 года госпитализировано 573 заболевших, из которых 434 – это дети».

Тот же Минздрав еще 29 октября сообщал, что всего за период с 27 по 29 октября было госпитализировано 302 человека!

То есть начиная с 27 октября происходил рост количества заболевших ОКИ и уложенных в стационары, а Абдулатипов, чувствуя неприятность ситуации, хотел преуменьшить масштабы эпидемии.

Это подтверждается и заявлениями как местных подчиненных ему чиновников, так и главного санитарного врача России Анны Поповой, которая побывала в Махачкале.

Однако это похоже на совместную защиту «чести мундира», которая проявилась и в ходе доклада Путину:

«И Роспотребнадзор, и другие организации очень активно работают.

Непосредственно эту ситуацию держит под контролем председатель правительства Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев, связывался с нами, выделили деньги и со стороны ФОМСа, и со стороны правительства Республики Дагестан.

Министерство здравоохранения Российской Федерации передало необходимые вакцины и лекарства, поэтому ситуация стабилизировалась».

Между тем Путин неслучайно назвал ситуации с дождями и отравлениями чрезвычайными.

Подтверждением этому можно считать то, что по сообщению Минздрава РД на 4 ноября в инфекционных стационарах Махачкалы оставались 334 человека с одинаковыми симптомами отравления, в том числе 239 детей, а от начала вспышки кишечной инфекции восстановились и выписались домой почти 550 человек.

Таким образом, число выписавшихся и болеющих составило 884 человека!

Кроме того, в одном из первых сообщений отмечалось, что около 200 обратившимся с признаками отравления оказана амбулаторная помощь, но потом о подобной помощи не упоминалось. Так что заболевших наверняка больше.

Перевод стрелок

Зато на сайте управления Роспотребнадзора по РД размещен образец претензии по услугам ЖКХ, воспользовавшись которой, пострадавшие могут обратиться в адрес управляющей компании с требованием компенсировать причиненный вред здоровью и жизни в добровольном порядке.

Управление сообщило 4 ноября, что по телефону горячей линии к ним обратились более сотни лиц, пострадавших в результате отравления питьевой водой, и что любое заинтересованное лицо может получить рекомендации относительно дальнейших действий по восстановлению нарушенных прав, а также оставить свои контактные данные для организации помощи в подготовке претензии в адрес виновных лиц.

То есть общими усилиями вина перенаправлена на управляющие компании и «Махачкалаводоканал», руководитель которого уже арестован на два месяца.

Вторым виновником ЧС названы дожди, которые, по словам Абдулатипова, продолжались около десяти дней. Однако они шли пять-шесть дней с перерывами. Тем не менее для Путина можно преувеличить вину природы, чтобы своя казалась поменьше!

Третьего и четвертого виновников глава Дагестана так же назвал президенту РФ:

«Но самое главное, что десятилетиями эта система деградировала, и многие учреждения, в том числе и водоканал, были переданы родственникам бывших руководителей, а эти люди выкачивали оттуда деньги годами, фактически не выделяя средства на реконструкцию, ремонт.

Поэтому возбуждено уголовное дело управлением Следственного комитета.

Мы эти вопросы будем прослеживать и очень жестко наводить порядок, потому что мы уже три года говорили о необходимости наведении порядка, но, к сожалению, по-настоящему все органы к этому не подключались».

Какие органы не подключились к наведению порядка, Абдулатипов не сказал, но, судя его словам, контрольно-финансовые и правоохранительные.

Зато в ряде других публичных выступлений он говорил об их успехах и, помнится, награждал их руководителей орденами и почетными знаками…

Одновременно за три года он поменял трех мэров Махачкалы и ежегодно отрывал от городского бюджета по 1,5 млрд рублей в пользу республиканского, ограничив возможности расходов на ЖКХ. Но зачем об этом говорить Путину?!

ППР как МММ?

Воспоминания о финансовой пирамиде МММ, которая выглядела перспективной, но оказалась мошеннической схемой, навеяли ответы на второй вопрос Путина: «Рамазан Гаджимурадович, в целом как вы ситуацию оцениваете в республике»?

Абдулатипов отвечает:

«В целом ситуация в республике достаточно стабильная. Мы в течение трех лет реализовали в Дагестане проектное управление, которое на федеральном уровне вы недавно задействовали.

Мы полностью создали проектные офисы во всех министерствах, ведомствах, мы создали проектные офисы во всех муниципальных образованиях.

И благодаря этому нам удалось восстановить элементарный порядок, как я говорю, и обеспечить позитивную динамику развития, прежде всего экономики».

Однако спустя 2,5 года с начала реализации упомянутого проектного управления, а точнее, 5 декабря 2015 года, под руководством главы Дагестана состоялось совещание по вопросам реализации приоритетных проектов развития республики (ППР), на котором Абдулатипов заявил:

«Мало кто работает по конкретному содержанию проекта. Все занимаются только проверками. Проекты есть, офисы есть, не хватает штаба, который эффективно и динамично действует вместе с проектными офисами».

Поэтому в качестве штаба в структуре администрации главы и правительства РД было создано организационно-проектное управление, начальником которого 3 декабря 2015 года был назначен уроженец Тляратинского района, откуда родом и Абдулатипов, Абумуслим Ханипов.

Но, по мнению экспертов проабдулатиповского в тот период сайта «Годекан», это «привело к полному спаду в работе».

17 августа 2016 года постановлением правительства республики в Дагестане создали рабочую группу по изучению опыта реализации приоритетных направлений социально-экономического развития Татарстана, Казахстана и Белоруссии.

Группе было поручено в двухмесячный срок представить в правительство Дагестана предложения о внесении изменений в планы мероприятий по реализации приоритетных проектов развития республики с учетом изученного опыта.

Причем руководителем группы назначен первый вице-премьер правительства Рамазан Алиев, который ранее был руководителем администрации главы и правительства РД и курировал реализацию этих ППР.

Ну и, наконец, 7 октября текущего года на первом заседании Совета по устойчивому развитию и приоритетным проектам РД при главе республики Абдулатипов неожиданно сообщил:

«За эти три года мы провели первую, структурную часть работы. Теперь нам необходимо работать содержательно. Для этого нужны другие кадры и другие идеи».

Если «перевести на русский», то получается «бери мочало, начинай с начала». Ну а Путин пусть думает, что Абдулатипов — передовик.

Скрытая цена оптимизации

Далее глава Дагестана говорит президенту России:

«Так как бюджет у нас не очень богатый, мы обращаем внимание на оптимизацию расходов. В прошлом году мы оптимизировали бюджетные расходы на 3 миллиарда 100 миллионов. А в этом году мы поставили план на оптимизацию около 4 миллиардов рублей. Резервы в этом плане есть».

Однако Абдулатипов не сообщил, что план по расходам республиканского бюджета за 2015 год не выполнен на 7 млрд рублей, а в текущем году пришлось идти на увеличение государственного долга республики до 17 млрд.

И что по оценке Минфина России Дагестан попал в рейтинге качества управления финансами в группу худших регионов.

Искусственные цифры

Нельзя оставить без внимания и то, что сказал глава Дагестана в завершение открытой части встречи:

«Одним из показателей этой стабильности является то, что мы успешно провели парламентские выборы в республиканский парламент и в Государственную думу.

Мы получили где-то 89% в Государственную думу, 75% у «Единой России» в республиканском парламенте.

И впервые за все эти 20 лет на 57% обновлен республиканский парламент. В этом плане тоже проводится достаточно большая работа.

Когда нам говорят, что какие-то цифры являются искусственными, я им привожу такой аргумент: рейтинг президента, который был создателем партии, в Дагестане 93%, на первом месте в Российской Федерации.

Следовательно, у нас еще 4% есть резерва, для того чтобы обеспечить соответствующий уровень и повторить это в парламенте, в республиканской власти».

И вот как отреагировал Владимир Путин:

«Хорошо. Давайте посмотрим на предложения, которые вы хотите презентовать. Надо эти рейтинги подтверждать конкретной работой».

По поводу снятия целиком партий с выборов, видео- и фотосвидетельств нарушений в отношении наблюдателей и фальсификаций итогов голосования, а также подбора выгодных и удобных руководству кандидатов в депутаты написано много, не буду повторяться.

Но, видимо, понимая, что об этом знает Путин, Абдулатипов, подхалимничая, выставляет ему скользкий и легко читаемый козырь: если что и было, так это ради партии, которую ты сам создал, и, если надо, я могу дать еще больше процентов, но вот если меня не будет, то сможет ли это обеспечить другой глава Дагестана?

Путину, по-моему, стало неловко после этих слов. Он остановил Абдулатипова и, предложив подтвердить формально высокие рейтинги конкретной работой, продолжил беседу без журналистов…

А Рамазану Абдулатипову 4 ноября пришлось провести по вопросу об отравлениях совещание, где он предложил запретить массовые мероприятия, продлить каникулы в школах, посетить очистные сооружения и больных в стационарах.

Эдуард Уразаев