Шихсаидов получил «сигнал на выход»?

Уголовное дело, возбужденное по статье «Мошенничество в особо крупном размере» в отношении главы Буйнакского района Данияла Шихсаидова, — это недвусмысленный «сигнал на выход» для его отца, спикера Народного собрания Дагестана Хизри Шихсаидова.

На данный момент информация о действиях правоохранительных органов в его отношении не подтверждена, но при желании они легко смогут напомнить старожилу дагестанской политики ряд неоднозначных эпизодов из его биографии.

Всех пересидел

На сегодняшний день Хизри Шихсаидов, на днях отметивший 68-летие, фактически является единственным действующим дагестанским политиком, который остается в строю на протяжении всего постсоветского периода истории республики.

ШихсаидовБолее того, Шихсаидов – едва ли не единственная актуальная фигура сегодняшней дагестанской политики, чья карьера во власти начиналась еще при СССР (впервые он был избран депутатом Верховного Совета ДАССР в далеком 1985 году).

Все остальные дагестанские «тяжеловесы» эпохи «лихих девяностых» к настоящему времени фактически сошли с дистанции. Два бывших главы республики – Магомедали Магомедов (85 лет) и Муху Алиев (75 лет) – вышли на пенсию. Основатель Народного фронта имени имама Шамиля, а затем депутат Госдумы, глава представительства Дагестана в Москве, вице-премьер правительства республики Гаджи Махачев погиб в автокатастрофе в конце 2013 года. Мэр Махачкалы, а до этого зампред правительства Дагестана Саид Амиров сейчас находится в местах лишения свободы.

Это лишь самые известные фигуры из «первого призыва» дагестанской политики, дожившие до наших дней, хотя можно вспомнить и тех, чья политическая карьера трагически оборвалась много лет назад. Это и бывший министр финансов Дагестана Гамид Гамидов (погиб в результате теракта в 1996 году), и лидеры лакцев Адам, Магомед и Надиршах Хачилаевы, и влиятельнейший министр внутренних дел республики Адильгерей Магомедтагиров (убит в 2009 году), и многие другие.

Из ныне действующих дагестанских политиков таким же «долгожительством», как Хизри Шихсаидов, может похвастаться всего один человек – глава республики Рамазан Абдулатипов. Но с одной оговоркой: его политическая карьера в основном проходила в федеральных органах власти и в определенном смысле была застрахована от специфически дагестанских рисков.

Шихсаидову же приходилось действовать в куда более жестком окружении, и в ретроспективе последней четверти века его действительно можно назвать «последним из могикан».

Политика, вино и национальный вопрос

Политическая биография Хизри Шихсаидова исключительно богата: за последние два с половиной десятилетия он успел поработать во всех ключевых органах власти Дагестана. С 1997 по 2004 год он возглавлял правительство республики, в 1995-1997 и затем в 2004-2013 годах – Счетную палату, с 2013 года Шихсаидов является спикером Народного собрания Дагестана, депутатом которого он был впервые избран еще в 1995 году (а до этого на протяжении десяти лет был депутатом Верховного Совета республики).

Еще одна значимая для Дагестана структура, которую Хизри Шихсаидов возглавлял на заре своей карьеры в большой политике – республиканская контрактная корпорация «Дагвино», затем вошедшая в состав правительства Дагестана. В 1991 году эта организация объединила винно-коньячные предприятия и виноградарские хозяйства Дагестана, впоследствии значительная их часть была приватизирована.

После того, как Хизри Шихсаидов был избран депутатом дагестанского парламента, его место в «Дагвине» занял его племянник Мурат Шихсаидов. В дальнейшем он возглавит Каякентский район – один из главных центров виноградарства в Дагестане, а затем – Минсельхоз республики.

На высоких постах оказались и другие представители фамилии. Сын спикера дагестанского парламента Даниял Шихсаидов в 2011 году стал главой Буйнакского района, еще один сын, Уллубий Шихсаидов работает в Минэкономразвития Дагестана, племянник Зайдин Джамбулатов и зять Гамид Алгишиев – депутаты Народного собрания Дагестана.

Благодаря довольно продолжительному эпизоду в биографии, связанному с «Дагвином», Хизри Шихсаидов до сих пор считается одним из самых влиятельных людей в винно-коньячной отрасли Дагестана. Об этом говорит, например, то, что даже в должности спикера Народного собрания именно он проводит совещания по развитию виноградарства в Дагестане, хотя по статусу это, скорее, положено министру сельского хозяйства или курирующему АПК вице-премьеру.

Наконец, Хизри Шихсаидов известен еще и как наиболее авторитетный лидер кумыкского народа, даже несмотря на то, что он никогда открыто не участвовал в громких проектах национально-культурных автономий, как покойные Гаджи Махачев или братья Хачилаевы.

А после прошлогоднего ареста вице-премьера Дагестана Магомедгусена Насрутдинова – представителя еще одной влиятельной кумыкской династии – Шихсаидов фактически оказался наиболее высокопоставленным кумыком в руководстве республики. Опять же, именно под его председательством не раз проходили совещания по вопросам поддержки и развития кумыкской культуры.

Дела давно минувших дней

В серии громких антикоррупционных дел, возбужденных в Дагестане в последнее время, хорошо прослеживается одна общая особенность: чаще всего поводом для уголовного преследования известных республиканских деятелей становятся сюжеты довольно далекого прошлого.

Наиболее яркий пример – уголовное дело против Магомедгусена Насрутдинова, который обвиняется в том, что еще в 2002 году он организовал продажу газопроводов в пользу компании своей семьи по заниженной цене.

События, послужившие поводом для начатого на днях уголовного преследования главы Кизлярского района Андрея Виноградова и руководителя управления Пенсионного фонда РФ по Дагестану Сагида Муртазалиева – тоже довольно давние. Заказные убийства, в причастности к организации которых их подозревают, произошли еще в 2010 году.

Исходя из этого, можно сделать предположение, что если у правоохранителей имеется интерес к Хизри Шихсаидову, то поводом для этого также могут быть истории не «первой свежести». Некоторые из таких сюжетов содержатся в некогда нашумевшем документе – «Справке об обстановке в Республике Дагестан и мерах по ее стабилизации», подготовленной в июле 2005 года полпредством президента в ЮФО, которое тогда возглавлял Дмитрий Козак (поэтому документ сразу получил второе название – «Справка Козака»).

Имя Хизри Шихсаидова и связанных с ним структур фигурирует в нескольких местах этого многостраничного документа. Наиболее подробно в «Справке Козака» описана история о том, как осваивались средства, выделенные правительством Дагестана (которое на тот момент возглавлял именно Шихсаидов) на развитие спортивной инфраструктуры.

Оказалось, что эти деньги были сконцентрированы вокруг нового стадиона «Хазар» в  Каспийске, строительством которого занималось московское ООО «Анжи-холдинг».

Как следует из «Справки Козака», кредитные средства на строительство стадиона этой компании предоставлял коммерческий банк «Эно», близкий к Хизри Шихсаидову – именно эта организация обслуживала в свое время финансовые потоки корпорации «Дагвино», а в дальнейшем основным акционером банка являлся зять Шихсаидова, депутат Народного собрания Дагестана Гамид Алгишиев.

Сам Хизри Шихсаидов на тот момент являлся президентом футбольного клуба «Анжи», для которого и строился стадион.

При строительстве двумя распоряжениями правительства Дагестана банку «Эно» была предоставлена из бюджета субсидия в 3,8 млн рублей на возмещение процентов по кредиту, выданному ООО «Анжи-холдинг». Однако проверка показала, что в действительности кредит предоставлялся не самому «Анжи-холдингу», а ряду лиц, выступавших посредниками в его получении.

Но именно эта компания оказалась конечным собственником построенного стадиона, причем после того, как проект был завершен, ее учредителями выступали банк «Эно» и дети тогдашнего главы правительства Дагестана – Уллубий Шихсаидов и Индира Салаутдинова.

«Таким образом, в период, когда Шихсаидов Х.И. возглавлял правительство Дагестана, в результате его действий и за счет средств Республики Дагестан были созданы крупные объекты собственности, оказавшиеся в распоряжении Шихсаидова У.Х. и Салаутдиновой И.Х.», – говорится в «Справке Козака».

В документе также утверждается, что финансово-контрольные органы республики, в том числе Счетная палата, которую возглавил Хизри Шихсаидов после ухода из правительства, о данных фактах знали и были обязаны на них отреагировать, однако никаких мер принято не было.

Банк «Эно» упоминается и в еще одном фрагменте «Справки Козака», где говорится о том, как управление капитального строительства Дагестана открыло в этой организации благотворительный счет, с которого финансировалось строительство республиканской больницы, футбольных полей и оздоровительного комплекса на общую сумму 57,7 млн рублей.

Оказалось, что деньги на этот счет поступали от ОАО «Славнефть» и  государственного учреждения «Дагестанский фонд инвестиций» согласно распоряжениям правительства республики. При этом, говорится в «Справке Козака», «указанные финансовые операции, в нарушение ст.41 Бюджетного кодекса Российской Федерации, осуществлены минуя бюджет республики».

Не осталось без внимания авторов документа во главе с покойным Александром Починком и «Дагвино». В частности, в справке сказано, что за 2004 год не представили отчеты в Минимущество республики сразу восемь предприятий, входящих в эту организацию. А по результатам проверок эффективности деятельности республиканских унитарных предприятий, проведенных Счетной палатой Дагестана в 2004 году, только по винно-коньячным ГУПам было выявлено недоимок по отчислениям из прибыли примерно на 100 млн рублей.

Иных уж нет, а те далече

За десять лет, прошедших с момента публикации «Справки Козака», многие организации, связанные с именем Хизри Шихсаидова, стали достоянием истории. Например, футбольный клуб «Анжи» в 2011 году перешел под контроль Сулеймана Керимова, и после нашумевшего сезона 2012/2013, в котором команда завоевала «бронзу» премьер-лиги, «шихсаидовский» период ее истории воспринимается как довольно далекое прошлое.

Прекратил свое существование и банк «Эно». После того как в конце 2012 года ЦБ РФ развернул кампанию по массовому отзыву лицензий у банков Северного Кавказа, владельцы «Эно» предпочли свернуть его деятельность в Дагестане и перерегистрироваться в Краснодаре. А спустя девять месяцев после переезда в Краснодар, в начале июля этого года, «Эно» лишился лицензии за неоднократное нарушение «антиотмывочного» законодательства и вложение средств в низкокачественные активы.

Иными словами, банк, скорее всего, занимался выводом средств за баланс, но формально семья Хизри Шихсаидова к нему уже отношения не имела, поскольку в последние месяцы жизни «Эно» его капитал был разделен на равные доли между десятком физлиц, которые раньше в банковской деятельности замечены не были.

Однако, как показывают последние события в Дагестане, темные истории, происходившие в республике, для правоохранительных органов срока давности не имеют. Поэтому вне зависимости от того, как будут дальше развиваться события, ясно одно: после возбуждения уголовного дела против его сына Хизри Шихсаидов оказался у силовиков на «коротком поводке».