Встреча студентов и преподавателей ДГУ с министром МВД поРД Абдурашидом Магомедовым. Полный текст

2 января в актовом зале факультета управления ДГУ состоялась встреча министра МВД по Республике Дагестан Абдурашида Магомедова со студентами и профессорско-преподавательским составом вуза.

Открывая встречу, ректор ДГУ Муртазали Рабаданов поприветствовал присутствующих и представил гостей встречи – делегацию Министерства внутренних дел по Республике Дагестан: министра МВД Абдурашида Магомедова, начальника Центра противодействия экстремизму МВД по РД Ахмеда Кулиева, председателя Общественного совета МВД по РД Багавдина Магомедова, начальника Управления по работе с личным составом МВД по РД Сахавата Сахаватова и помощника министра Магомеда Газимагомедовича.

«Я хочу поблагодарить вас за то, что вы нашли время встретиться с нами. Я думаю что это очень актуально, прежде всего для нас. Хотел бы выразить вам глубочайшее свое уважение той работе, которую вы делаете. Нести образование – одно из самых почетных и благородных дел, говорю об этом искренне, так как себя считаю «продуктом» деятельности тех людей, которые сидят в этом зале, и эту благодарность учителям и преподавателям несу всю свою жизнь. Со своей стороны мы считаем своей обязанностью встретиться именно с вами в силу многих обстоятельств, о которых скажу позже. Сейчас разные дискуссии проходят как в научной, так и в образовательной среде — могут обнаруживаться новые пути преподнесения образования. Мы – те люди, та организация которая пользуются  «продуктом» – теми людьми, что приходят к нам работать, созданным вами. У нас работает огромное количество выпускников Даггосуниверситета, и должен сказать, что большая часть из них работает достойно. Также необходимо отметить, что в нашей структуре работают не только юристы, но и профессионалы по различным направлениям деятельности. Мы считаем диалог, складывающийся с вами очень важным, так как сегодня ситуация в республики не очень позитивная. Ситуация очень сложная, она сложно с учетом тех промахов, которые есть в системе образования. Я категорический противник разного рода структур, которые считают себя образовательными, но кроме как выдачей дипломов ничем другим не занимаются. В республике в советское время  было 5 классических вузов и этих специалистов хватало, чтобы удовлетворить наши потребности в кадрах. Дагестанцы обучались и в других районах и городах нашей страны и этого потенциала хватало. Приехав, в силу семейных обстоятельств в Дагестан я 6 лет не мог устроиться на работу в органы: была большая конкуренция. Даже тогда, когда был единственный юридический факультет, наблюдался переизбыток кадров. Сейчас, в общей сложности, в республике выпускаются около 3 тысяч юристов. Смешно выглядит то, что вуз с совершенно другой спецификой начинает выпускать юристов,  и эти люди потом ходят и размахивают дипломами. Когда я пришел на 1е занятие в ДГУ на юридический факультет, я высоко поднял руки и сказал «Justicia» — справедливость  — то, чем вы будете заниматься  всю свою жизнь. Сейчас, когда ко мне приходят юристы, я задаю один и тот же вопрос – переведите мне это слово с латыни. И практически ни одного выпускника я не встретил, который бы перевел мне его и сказал бы, что такое та профессия, которую он выбрал. Это показывает тот уровень образования, которое дают не специализированные учебные заведения.  Сейчас очень много подобных учебных заведений, в одном Дербенте их только десять. Недавно, посмотрев диплом потенциального сотрудника, и попытавшись выяснить, что за вуз выдал  его, мы обнаружили помещение в 10 квадратных метров, где обнаружили и изъяли как уже готовые, так и находящие в процессе оформления, бланки дипломов. Все это можно назвать оболваниванием народа, а с учетом местного менталитета, некоторым важно иметь только диплом, а наличие образования становится второстепенно. Эта массовая ситуация нам не нравится, и не думаю что нравится профессорско-преподавательскому составу, который посвятил жизнь обучению людей. В течение 20 последних лет мы все с вами наблюдаем что такое необразованный народ, но наверно здесь не стоит говорить о необразованных людях, так сидящие очень хорошо понимают, что это такое. Когда необразованный человек, называющий себя юристом, проникает в правоохранительные органы, то у граждан, столкнувшихся с ним складывается определенное мнение о всей системе, так как с ними разговаривают самовлюбленные, полуграмотные, так называемые выпускники вузов. Если мы не поймем, что мы должны давать людям именно полное образование, а человек получивший диплом не поймет, чем именно он должен заниматься – к порядку мы не придем. В 90-е годы нам очень серьезно насаждалось турецкое образование: так называемые турецкие колледжи и так далее. Еще тогда, при всем моем уважении к турецкому государству, у меня возникал вопрос, где Турция, а где образование. Все это постепенно привело к тому, что мы имеем серьезные проблемы сегодня, и милиционеры с этим сталкиваемся. Если обратиться к статистике, то многие говорят что террористических актов в республике нет, но в соответствии с квалификацией статьи 205 УК РФ никаких террористических проявлений за последние 3 года в республике не было. Но только за 2016 год органами внутренних дел республики было зарегистрировано 966 преступлений террористической направленности, это больше чем во всей Российской Федерации в целом. Преступления террористической направленности это и 208 статья УК РФ и ряд других статей, которые входят именно в эту категорию преступлений. Почти 1200 человек наших сограждан находятся в рядах незаконных вооруженных формирований в Сирийской республике. Это 1200 людей, которые могут совершить преступления террористической направленности.

В прошлом году на трассе Махачкала – Манас был произведен подрыв колонны МВД. Здесь мы впервые столкнулись с использованием устройства направленного действия, которое не просто взорвалось, а было направленно именно на проезжавшие машины. В результате погиб один наш сотрудники. В этом мы увидели опыт столетней террористической войны на Ближнем Востоке. Через 2 дня мы ликвидировали организаторов и поняли, почему это пришло в республику: наш земляк, пробыв пол года в Сирийской Арабской республике вернулся к нам по поддельным документам и опыт ближневосточной войны использовал при совершения преступления.

Мы со своей стороны сделали все, чтобы эти 1200 человек, легально в правовом плане не вернулись: в отношении каждого из них принято правовое решение в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством, и они объявлены в федеральный, а часть из них и в международный розыск. Мы со своей стороны противостоим им, но не факт что эти люди не смогут вернуться в республику по поддельным документам. Ситуация очень сложная и всем нам необходимо быть очень бдительными.

На территории республики по нашим данным находится и проживает около 30 тыс носителей идеологии экстримизма. И нам необходимо заниматься, чтобы они из «спящих» людей не превратились в активных бойцов, так как это приведет к тем последствиям, которые были здесь в 2009, 2010, 2011 годах. Когда в наших городах за сутки происходило 3-4 взрыва.

Очень серьезное влияние на ситуацию оказывает исламский фактор, который не имеет реальное отношение к религии. В некоторых странах Ближнего Востока и Пакистане созданы целые университеты. Наши люди, которые не учились даже в школе в эти университеты принимаются легко. Практика последних десятилетий показывает, что все лидеры бандподполья Дагестана заканчивали университеты в Каире, Сирии, Пакистане. Все эти люди создают ячейки, которые в последующем перерастают в серьезное противостояние с органами правопорядка, властью, населением республики, которые занимают активную общественную позицию и хотят жить в светском государстве. Есть много других факторов, связанных с отношением наших людей, которые занимаются религией. В нашей стране тоже есть проблемы с религиозным экстремизмом, будь мусульманский или христианский и другим. Когда я себя веду неправильно, у моих подчиненных есть право сказать «ты сначала сам себя веди правильно, а потом нам рассказывай как надо вести себя. Поэтому мы должны понимать, что это серьезный пример, и я вообще думаю, что религия это разговор о душе, а не то, чтобы построить церкви, мечети и магазины и заниматься торговлей. Это все дискредитирует наши отношения как и власть, когда она не очень порядочно себя ведет себя по отношению к населению. Такие факторы как образование, воспитание, религиозность и ряд других факторов привели к тому, что мы, к сожалению, имеем 966 преступлений террористической направленности.

Я никогда не смотрел в глаза преподавателю, так как относился к нему с глубочайшим уважением только потому что он преподаватель, не вдаваясь в какие либо подробности и детали. Я говорю это, чтобы можно было понять общую ситуацию в республике. В 90е годы пространство захватили люди, которым образование было не нужно, это было время хамов, которые вылезли из рынков и растолкали локтями наших образованных дагестанцев и захватили муниципалитеты.  Это было не очень хорошим примером для нашего общества, но в то же время, каждому хочется очень быстро что либо захватить, это был серьезный пример. Все мы через это прошли и вся республика. То что происходит с дагестанцами, вот когда наш земляк начал стрелять в Москве, у меня возникает желание вскрыть ему голову чтобы понять, почему он сделал это. Некоторое время назад, когда по всей стране была очень серьезная акция и даже систему дискредитации Дагестана. Для того, чтобы нас не дискредитировали, мы не должны давать повод. А выйти в центре столицы и начать просто стрелять, я думаю что у этого человека просто нет генофона никакого, которой был бы связан с образованием, воспитанием. Например в 2013 году на троллейбусном кольце наши сотрудники ДПС стали в 12 часов стрелять из автомата якобы салютуя наступлению Нового года. За один этот  факт мы уволили 18 человек из органов. Я вызвал этих людей, посадил перед собой и говорю: слушайте, ведь мы же живем в такой республике где люди очень реагирует на такое. Даже если брать только работников органов, у всех вас есть родители, которые услышав выстрел думают что и их сын может оказаться где то рядом с местом происшествия. Да и граждане разных возрастов по разному могут среагировать на подобное действие: больные люди, у которых автоматная очередь может привести к всплеску болезни и человек может умереть. Это каким надо быть идиотом чтобы стрелять в центре города. Такие поступки дискредитируют нас с вами, а в совокупности с тем, о чем мы с вами говорили — воспитание и образование, это наш с вами пробел и его надо таким вот воспринимать.

Если каждый из нас не возьмет на себя ответственность за то, что происходит в нашей республике, а будем говорить что это проблема полиции и она этим занимается, а полиция будет говорить что это проблема семьи или образовательного учреждения и надо детей воспитывать мы будем стыдиться того, что происходит вокруг нас.

Я не пришел сюда, чтобы рассказывать все это с какой-то высоты, мне очень часто бывает стыдно за поведение наших сотрудников.  Мне часто говорят мол ну что сделать, какое общество, такая и полиция, ничего подобного, работники органов должны быть гораздо умнее и воспитаннее. МЫ очень серьезно работаем над тем чтобы наши сотрудники были грамотны, доброжелательны и хорошо относились к нашим гражданам. Этим мы не делаем никому одолжение, это наша обязанность».

Вопросы:

  1. Я внимательно слушал ваше выступление и вы сказали что вроде бы за  три года у нас не было зарегистрировано, по юридическим правилам и статьям ни одного террористического акта. Но в тоже время сказали, что в прошлом году был подрыв колонны МВД. Это какое то упущение в вашей речи?         «Нет, это не упущение. Дело в том, что есть Статья 317 УК РФ, которая предусматривает уголовную ответственность за преступления, совершенные в отношении сотрудников правоохранительных органов и эта статья поглощает все эти действия и поэтому они не квалифицируются как террористический акт. Точно также квалифицировано преступление, совершенное в начале прошлого года на Дженикентском посту. Это преступление террористической направленности, но непосредственно по Статье 205 УК РФ как терракт не квалифицируется, и хотя там есть все признаки, оно поглощается Статьей 317 УК РФ. Я самого начала не сказал что у нас нет террористических преступлений, может быть кого то из общественных и политических деятелей успокаивает то, что они говорят что у нас нет террористических актов, но меня это не успокаивает. Мне нет разницы по какой статье квалифицируется преступление. С точки зрения фактов обстоятельства совершения преступления это тот же самый террористический акт. И если я сказал что у нас нет преступлений, квалифицированных по Статье 205 УК РФ, это не значит что у нас все так спокойно. Поэтому я сказал что у нас ситуация очень сложная и нам надо вместе работать».
  2. Вот те 966 преступлений о которых вы говорили. Все эти преступления имеют доказательную базу, и 966 человек можно считать потенциальными террористами, или же есть и не доказанные?

«966 преступлений. Я дам им некоторую характеристику. 618 дел возбуждено по Статье 208 УК РФ, из этого количества это участие в создании незаконных вооруженных формирований, в том числе, в соответствии с новым изменением в УК РФ, те лица, которые уезжают за пределы страны и участвуют в признанных законодательством незаконных вооруженных формированиях, таких как ИГИЛ. Т.е. это люди которые совершили эти преступления, они входят в категорию террористической направленности. Также есть 69 дел возбужденных по Статье 317 УК РФ – это 69 бои-столкновения которые были на территории республики, при нападении на сотрудников правоохранительных органов или же те операции по ликвидации бандитов, которые не сложили оружие, а открыли огонь. Есть также Статья 205.прим.1. «Содействие в террористической деятельности» путем финансирования, оказания услуг информационного характера и т.д. Это категория преступлений разного рода, но которые все вместе входят в квалификацию «Преступления террористической направленности». 966 – это огромное количество для нашей маленькой республики и поэтому я подчеркиваю что ситуация у нас не такая простая как хотелось бы.

3. Насколько целесообразна несудебная ликвидация подозреваемого в террористической деятельности?

4. Нельзя ли получить доступ к базе данных для обработки данных хотя бы тех, кто уже погиб во время контртеррористических операций, для того, чтобы помочь МВД создать картину поступления новых рекрутов в те силы, которые борются против нашего общества.

«Несудебных ликвидаций правоохранительные органы РФ не производят. Такая позиция есть, и не вы один ее носитель. Нет цели кого то убивать, это надо быть каким то мракобесом чтобы ставить цель убить кого-то. Вы знаете, с точки зрения полицейского каждый живой бандит это колондайк в плане  получения информации как он попал туда, кто стал инициатором. Поэтому, уверяю вас, что живые они нам больше нужны. Но мы не начинаем ни одну операцию, пока не скажем им что пришли, оцепили, и им необходимо сдаться. И только после того как там начинается сопротивление, нам законом предусмотрено применить соответствующее вооружение, для того, чтобы подавить очаг сопротивления. Это мировая классика. Если есть подозрения что те или иные структуры занимается противоправными действиями  — несудебными ликвидациями, любой гражданин может обратится в органы за правовой оценкой и она будет дана. Здесь надо действовать в рамках законодательства не навешивая ярлыки.

То, что касается 2 вопроса, если вы занимаетесь научной деятельностью и информация вам нужна для того, чтобы понять почему все это происходит, мы готовы предоставить вам материал по тем уголовным делам, по которым принято решение.  Мы готовы к контактам».

5. Это скорее пожелание, адресованное правоохранительным органам. В своем выступлении вы сказали что у нас в республике около 30 тыс. носителей экстремисткой идеологии. Я как человек, работающий в сфере идеологии экстремизма, я читаю экстремистскую литературу, пишу анализирую, выступаю с докладами, и в этом плане я носитель экстремисткой идеологии. Быть носителем идей, которые потенциально могут стать экстремистскими, и быть носителем экстремистских действий это несколько различные категории. И когда вы, и СМИ используют термин носитель экстремистской идеологии в общественном мнении выходит негативное звучание, т.к. работники правоохранительных органов отождествляют носителей тех или иных взглядов, мы можем быть носителями разных взглядов, и я думаю что знатоков у нас в Дагестане значительно больше. Поэтому может быть имеет смысл более точно и конкретно высказываться и говорить о том, что у нас столько-то людей вовлеченных в ту или иную экстремистскую деятельность, а не ограниваться только одним термином, и тогда всех этих носителей не будут причислять к маргинальной базе, готовой пополнить  ряды преступников.

«Есть вообще запрос к научному сообществу. Мы живем в новой России где то 30 лет. Мы жили в стране, где в нашей республике было всего несколько религиозных учреждений и так называемых носителей ( да, наверно надо будет посоветоваться на счет использования термина) не было, почему они не сопротивлялись государству, которое отодвинуло религию на задний план. И почему вдруг, когда им дали свободу, преступники стали появляться и мы стали друг друга убивать. Может быть я упрощенно понимаю эти вещи. Но давайте вы сделаете анализ почему это происходит. В республике 2500 тысячи мечетей, во всей РФ нет столько. И ведь никто не мешает быть носителем любого направления, так живите мирно, что вам мешает, почему убиваете? Дайте нам ответ почему так происходит.  Может мы смотрим с точки зрения закостенелых милиционеров, но мы сталкиваемся с бедой, когда погибают наши сотрудники. Вот недавно ехали четверо ребят с 1го полка, домой вечером. Увидели подозрительных лиц с рюкзаками, милиционеры не успели подойти к ним, как их расстреляли: 2их убили,1 раненый. Зачем они стреляли? Ведь мы ничего не говорим против религии, мы лишь следим за теми людьми, которые потенциально могут совершить преступление, независимо от рода преступления. Мы должны это делать, это наша работа. Дайте тогда нам объяснение, почему за последние 27 лет мы стали убивать друг друга, с научной точки зрения. И дай Бог чтобы вы нашли решение, а кому они молятся, в какую сторону смотрят, нам например, абсолютно все равно».

6. Мы знаем какую титаническую работу проводит МВД. И если провести мониторинг состояния борьбы в том числе с экстремизмом, безусловно РД не является в числе отстающих. Хотелось бы поблагодарить вас за взаимодействие в подготовке специалистов-юристов. Было сделано много, в частности подписан договор о сотрудничестве между Юридическим институтом и МВД РД в рамках реализации Статьи 15 «Закона об образовании» и т.д. Также подписан совместный приказ о создании базовой кафедры. Хочется сказать спасибо за помощь в реализации магистерских программ, за что сами читаете лекции, как высокий профессионал в своем деле. Мы с вами знаем что согласно указу президента от 5 апреля 2016 года организация некоторых структур правоохранительных органов, в частности функции и задачи наркоконтроля по субъектам, миграционной службы. И в связи с тем что переданы эти функции МВД как идет процесс реализации этого указа главы государства? Недавно был подписан указ президента «Доктрина по обеспечению информационной безопасности РФ», и там тоже есть задачи поставленные МВД? В заключении хотелось бы от имени Ученого совета и от себя лично поблагодарить вас и пожелать успеха в вашей сложной работе.

«То что касается указов президента о реорганизации, то да, мы приняли 2 подразделения федеральные: наркоконтроль и федеральную миграционную службу. Эти подразделения были раньше в нашем ведении, и теперь снова вернули их к нам. И хотя с тех пор многое в законодательстве изменилось  и появилось много нового, мы для себя поставили цель чтобы пришедший к нам человек уходил удовлетворенным. Мы должны оказать услугу, в хорошем понимании этого слова. Такие задачи поставлены и мы будем это делать. Я хотел бы пользуясь случаем сказать, что мы по каждому факту, даже невнимательного отношения к кому бы то не было, обращайтесь непосредственно ко мне. Я считаю, что ответственен за поведение подчиненных, которые невнимательно отнеслись к любому, даже неправильному обращению в МВД. Проблемами наркоконтроля мы не прекращали заниматься, страшной проблемы с этим в республике нет, но тем не менее надо и этим заниматься.

Что касается вопроса связанного с идеологией и т.д. Ну, свою лепту,  не раскрывая проблем,  мы в этом плане тоже идем чтобы эту ситуацию как то не упустить».

Муртазали Рабаданов: «Хочу подтвердить что у нас действительно очень хорошее взаимодействие, и я благодарен и МВД и Абдурашиду Магомедовичу за это. Это безусловно способствует повышению качества образования в нашем Юридическом институте. Само образовательное сообщество и государство принимает системные шаги направленные на то, чтобы у нас подготовка по направлению «Юриспруденция» была качественной. Несколько лет назад была запущена общественно профессиональная аккредитация по линии Ассоциации юристов России. Мы тогда получили ее. Буквально недавно появился новый образовательный стандарт по направлению «Юриспруденция» и там записано, что заочное обучение по данному направлению может быть только как 2 высшее образование. Адбурашид Магомедович говорил, что в республике выпускаются более 3 тысяч юристов всеми вузами что есть в республике, и наших там точно меньше 20 %. Если взять всю область образования науки об обществе, у нас около 35% студентов, которые выпускаются в республике по этой области».

7. Я 10 лет был членом антитеррористической комиссии города и эту проблему знаю изнутри. То, что касается правоохранительной деятельности, она системно выстроена в республике и в принципе является тем большим опытом региона. Но как мне представляется в республике так и не удалось создать систему идеологического противодействия, тем более когда база известна – 30 тыс. человек если мы разделим на 51 район и город республики, то это не такое большое количество с которым мы должны работать в рамках противодействия. Вот здесь мне кажется выстраивание этой системы является наиболее проблемной, так как здесь замешано и ДУМД и администрация городов и районов и .т.д. Что нужно сделать для идеологического противодействия?

«Мне тяжело говорить на эту тему так как МВД вообще не должно заниматься идеологией и давать какую либо оценку людям. Мы исходим с точки зрения насколько этот человек может быть потенциально опасен. В чем была сила Дагестана, я имею в виду, что мы никогда не позволяли себе убивать друг друга, исторически. Сила Дагестана в том понимании религии которое было у нас в сплетении с теми адатами, которые были у народов Дагестана. Последние 2-3 года, благодаря позиции главы РД, он повернул глав районов к тому, что они тоже отвечают за то, что происходит. К нашему стыду, вы посмотрите что происходит вокруг, мы же увязаем в мусоре, разве Дагестанцы достойны этого. Это происходит когда люди не занимаются своим делом. Что такое мэр города, это взять метлу и идти подметать этот город, все. Не надо рассуждать, нужно взять метлу, и убирать, ты воевал за эту должность, за то, чтобы помогать людям. В том числе глава района или мэр города это представитель российской  власти и он обязан противостоять непотребной идеологии, так как он состоит в административной  идеологической цепочке. А если он не понимает этого, то ему нечего делать на должности мэра города или главы района. Потому  что у нас должна быть идеология  что убивать нельзя, что эти люди являются нежелательными в обществе и чтобы эти люди знали что их идеология пагубна и вредна. Этим то и должно заниматься государство. Другое дело люди разные бывают, одни не понимают что должны делать и задачей ставят лишь поставить на должности своих родственников. Кроме вот этого дележа в республики мало кто чем другим занимался. А сейчас у глав есть ответственность и они ее чувствуют. Любая идеология которая несет за собой агрессию, рано или поздно приводит к тому, что кого-то убьют.

8. Такие совместные встречи надо проводить как можно чаще. Ключевые слова вашего выступления: религия, образование, терроризм. Мы свами учились в то время когда считали что бытие определяет сознание, и я думаю вы согласитесь что у терроризма экономические причины. А так называемы коэффициент J, т.е. разрыв между богатыми и бедными у нас в республике очень высок, и население видит несправедливость в обществе. Сейчас власти делают все чтобы обеспечить высокое экономическое развитие в обществе. А решение этого вопроса в том, чтобы обеспечить приток инвестиций в республику. Это экономическое решение проблемы. Но в нашей республике соседствуют три систему права: адаты, шариат и законодательство РФ. Они же влияют на поведение людей. Не кажется ли вам, что легализация каких либо сторон этих систем прав было бы решением?

«Если брать эту взаимосвязь, то давайте будем откровенны, между богатством и терроризмом… Я сказал что если бы мы были приверженцами традиционной «дагестанской религии», назову ее так, и пусть даже буду не прав. Но она не дает нам повода даже думать о том, чтобы причинить зло другому человеку. Я говорил о вещах, которые произошли после 90-х годов и несвойственны нам. Наша традиционная религия кроме добра ни к чему не призывает. Хочу чтобы вы правильно понимали. Я сам мусульманин и хотя придерживаюсь не всех канонов но таковым себя считаю. Поэтому противостояния здесь нет. Вот вы провели параллель что люди плохо живут и это создает предпосылки для создания террористических преступлений. Но ведь в советское время мы приобретали продукты по талонам, а сейчас у каждого дома стоят по 3-4 машины. Дагестанцы любят притворяться бедными, необустроенными и т.д. Я думаю уровень жизни в Дагестане ничуть не ниже чем где либо в России. Если брать с точки зрения бюджетного, конечно дагестанский бюджет, но наш народ предприимчив и живет неплохо. Он не ждет подачек. Если у него ничего нет, он пойдет ломать камень и зарабатывать. В этом ничего плохого нет. Конечно, когда есть несправедливость, человек начинает задумываться, но для того чтобы… Но все не могут быть успешными. Есть два порока: зависть и жадность. Вот если брать нашу аудиторию, все не могут быть профессорами, кто-то доцент, кто-то старший преподаватель и т.д. Поэтому здесь эти вещи взаимосвязывать не совсем правильно. Что касается экономических предпосылок, то мы этим занимаемся и не все так благополучно, должен сказать  у нас в республике. У нас очень в республике людей говорящих правильно и почему то мы очень несправедливо живем. Есть определенные проблемы… И есть протесты и настроения и так далее и так делее. Но это не является тем толчком к той ситуации которая складывается.  Я вам говорил что полуграмотных людей принимают в эти университеты почему, у арабского мира своих проблем нет? Они между собой разобраться не могут и ставят цели по России? Да у них мозгов не хватит чтобы ставить цели по России. Эти университеты специально создаются чтобы наших людей готовить… Вы видите что вокруг твориться. Для того чтобы этим людям навязать идеи, которые они не могут объяснить. Привязывать экономику к тому что у нас здесь распоясались террористы нельзя. Но я говорю свое видение, не в противовес вам.

9. Физически занимаясь терроризмом в республике очень мало обращаете внимание именно на интернет сеть. Там когда высказываются мнения люди, которые толком не учились в институте начинают так хорошо и красиво говорить что незнающий человек не может противостоять напору. Можно ли набрать гравдию идеалогически сильных людей чтобы они сидели в сетях и защищали идеологию не автоматом, а словом.

«Та проблема, о которой вы говорите, сложна.  То что вы сказали очень серьезно. Говорю откровенно, мы ищем людей, с хорошим окладом, с офицерскими званиями которые пришли бы к нам и работали по направлениям. Некоторые вещи мы делаем сами, но эта проблема настолько огромна, что ею нужно заниматься. В Америке и Японии есть институт Северного Кавказа. Они в нашей стране увидели ту слабую точку откуда можно ее развалить. Так как с их точки зрения на Кавказе живут мусульмане, которые не были довольны жизнью. Это их понимание вещей. И очень здорово что в нашей стране наконец поняли что многое можно сделать словом, а не оружием.

По поводу селения Балахани я бы не давал таких плохих прогнозов. Там живут благородные люди,  я очень часто там бывал. Там есть проблемы, но это не значит что это связано со всем его населением. В унцукульском районе одно время власть находилась под влиянием преступных сообществ. Та проблема, которая возникла в этом районе – катастрофична и для нас и для вас. Чтобы к этому не привести, нам надо быть очень внимательными к тем людям, которые находятся в районах у власти.

10. Есть ли в планах МВД совместно с властями города установить на перекрестках города видеокамеры?

11. Кто разрешает и прикрывает продаже осетровых на рынках городов республики?

«Мы столкнулись с такими вещами… У меня создается такое впечатление, что некоторые люди, в том числе чиновники, это папуасы, которые приехали с другой планеты нагрести здесь все что возможно и уехать в свою папуасию назад. Мы столкнулись с варварским уничтожением берегом каспийского моря, когда начали разрабатывать карьеры и т.д. У нас есть 500-метровая зона Каспийского моря на которой по решению Медведева никто не может что либо делать. Вы видите, что сделано с нашим берегом… Все крутые, блатные и т.д. имеют выходи к берегу, понастроили и т.д. Хотя каждый дагестанец имеет право купаться там, где он считает нужным, ведь берег не может быть чьим то. Прошлым летом мы начали вырывать все эти ворота и шлагбаумы, чтобы люди могли свободно проехать. В течении 3-хмесяцев мы закрыли все карьеры в республике и пошла очень серьезная речь что Магомедов хочет все это прибрать к рукам… Я вообще не строитель, я – юрист, но мне как человеку и жителю этой республики, хотелось бы, чтобы эта земля была красивой, чтобы не превратилась в лунный пейзаж. Но вместо поддержки мы получили противодействие. Я кроме как папуасами этих людей назвать не могу, эти люди очень сильно ненавидят нашу республику.

То что касается моря, у нас было специализированное подразделение по охране водных ресурсов. Когда я пришел ч увидел что это неадекватное подразделение. Они как голодные псы бегали по республике отлавливая этих рыбаков чтобы чуть-чуть рыбы у них забрать и повесить судимость. Я сделал радикальное решение –ликвидировал подразделение. И знаете, мне кажется, морю стало только лучше, потребителей, в лице сотрудников правоохранительных органов стало меньше. Этот бедный осетр. У него столько охранников, что она не знает куда от них деваться.  Мы работаем над этой проблемой. У нас есть специализированные…. Буквально недавно мы задержали майора, который был перевозчиком икры с Кизлярского района в Махачкалу для реализации и т.д. Есть проблема и есть среди нас негодяи которые занимаются этим. Но в то же время живя на море запретить людям, которые 1000 лет занимались ловом рыбы, этот как писателя лишить авторучки. Надо просто…. Там есть погранслужба, которая занимается акваторией Каспийского моря. Но то что отлавливают и продают… Ловить рыбу — тяжелейший труд, а сидеть на берегу как «крыса» и забирать улов, я считаю просто недостойным. И не хочу чтобы наши сотрудники этим занимались.

«Вопрос о камерах очень актуален. Иметь на перекрестке камеру, для полиции – решение всех вопросов. К сожалению в городе установили около 100 камер. Сейчас есть программа, которая поддерживается главой республики, создать систему на основании частно-коммерческого предпринимательства. В частности по нарушению правил дорожного движения мы создали целое подразделение так как посчитали что это нужно нам. Нам важно чтобы в городе и республике было максимальное количество этих камер. Инициатива такая есть, она работает но это мизер. У нас люди предприимчивые и каждый у своего дома или объекта бизнеса ставит камеры, и очень часто мы пользуемся этими данными, которые помогают раскрыть очень серьезные преступления.

  1. Необходимо делать больше встреч со студентами, чтобы они видели сотрудников, понимали кто к ним приходит. Нам Муртазали Хулатаевич всегда ставит эту задачу. И мы в поте лица проводим эту работу чтобы не подвести руководство университета, и понимать те задачи, которые ставит руководство страны

«Мы будем благодарны если вы найдете время и мы сможем встречаться со студентами. Это наша задача. Если хотя бы один человек, который ранее сомневался, услышит и поймет что не надо желать зла другому, значит мы не зря работаем и делаем правильные вещи. Мы всегда открыты и рады прийти. Найдите для нас время. Это одна из наших обязанностей – работа с молодыми людьми. Ведь потенциал бандитов – молодые люди, у которых вся жизнь впереди.

Что касается классического образования. Уважаемые коллеги, мы с глубочайшим уважением относимся к вашему труду и людей, которые приходят к нам с дипломом ДГУ мы без сомнения берем на работу, если ничего другого им не мешает. Я захожу в ДГУ как в храм  и полагаю что вы — те люди которым должны быть благодарны дагестанцы. Вы даете образование. Образование – все. Только образованные люди меняют этот мир, а ваша важность и значимость неоценима».

Расшифровка: Елена Гончарова

Источник: http://dag.life/2017/01/18/vstrecha-studentov-i-prepodavatelej-daggosuniversiteta-s-ministrom-mvd-po-dagestanu-polnaya-rasshifrovka/